2.3 Лжедмитрий II

На импровизированном Земском соборе (из случайно находившихся в Москве людей) царем был избран ("выкликнут", как говорили презрительно тогда) князь Василий Иванович Шуйский. Трудно найти добрые слова для этого человека. Бесчестный интриган, всегда готовый солгать и даже подкрепить ложь клятвой на кресте, – таков был "лукавый царедворец", вступивший в 1606 г. на престол. Но независимо от личных качеств царя Василия его царствование тоже могло стать началом хороших перемен в политическом строе Русского государства. Дело в тех обязательствах, которые он вынужден был дать при вступлении на престол.

Шуйский впервые в истории России присягнул подданным: дал "запись", соблюдение которой закрепил целованием креста. Эту "крестоцеловальную запись" иногда трактуют как ограничение царской власти в пользу бояр и на этом основании видят в Шуйском "боярского царя". Начнем с того, что противоречия между "верхами" и "низами" господствующего класса были вовсе не так значительны, как представляется традиционно. В самом же ограничении самодержавия, хотя бы и в пользу бояр, нет ничего дурного: ведь именно с вольностей английских баронов начинался английский парламентаризм. Вряд ли необузданный деспотизм лучше, чем правление царя совместно с аристократией. Но в "крестоцеловальной записи" вовсе не было реального ограничения власти царя. Вчитаемся в нее.

Прежде всего, Шуйский обещал "всякого человека, не осудя истинным судом с бояры своими, смерти не предати". Таким образом, создавались законодательные гарантии против бессудных опал и казней времени опричнины. Далее новый царь клялся не отнимать имущества у наследников и родственников осужденных, если "они в той вине невинны", такие же гарантии давались купцам и всем "черным людям". В заключение царь Василий обязывался не слушать ложных доносов ("доводов") и решать дела только после тщательного расследования ("сыскивати всякими сыски накрепко и ставити с очей на очи").

Историческое значение "крестоцеловальной записи" Шуйского не только в ограничении произвола самодержавия, даже не только в том, что впервые был провозглашен принцип наказания только по суду (что, несомненно, тоже важно), а в том, что это был первый договор царя со своими подданными. Вспомним, что для Ивана Грозного все его подданные были только рабами, которых он волен жаловать и казнить. Даже мысли, что не его "холопы" ему, а он своим "холопам" будет присягать, "целовать крест", не могло возникнуть у Ивана IV. В.О. Ключевский был прав, когда писал, что "Василий Шуйский превращался из государя холопов в правомерного царя подданных, правящего по законам". Запись Шуйского была первым, робким и неуверенным, но шагом к правовому государству. Разумеется, к феодальному.

Правда, Шуйский на практике редко считался со своей записью: судя по всему, он просто не знал, что такое святость присяги. Но уже само по себе торжественное провозглашение совершенно нового принципа отправления власти не могло пройти бесследно: недаром основные положения "крестоцеловальной записи" повторялись в двух договорах, заключенных русскими боярами с Сигизмундом III, о призвании на русский престол королевича Владислава.

Существенно еще одно обстоятельство. До 1598 г. Россия не знала выборных монархов. Иван IV, противопоставляя себя избранному королю Речи Посполитой Стефану Баторию, подчеркивал, что он царь "по Божию изволению, а не по многомятежному человеческому хотению". Теперь же один за другим на престоле появляются цари, призванные тем самым "многомятежным человеческим хотением": Борис Годунов, избранный Земским собором, Лжедмитрий, не избранный, но овладевший троном только по воле людей, Шуйский... А за ним уже маячат фигуры новых избранных государей – королевича Владислава, Михаила Романова. А ведь выборы монарха – это тоже своего рода договор между подданными и государем, а значит, шаг к правовому государству. Именно поэтому неудача Василия Шуйского, не сумевшего справиться с противоборствующими силами и с начавшейся интервенцией Речи Посполитой, его свержение с престола знаменовали собой, несмотря на всю антипатичность личности царя Василия, еще одну упущенную возможность.

Ко времени царствования Василия Шуйского относится восстание Ивана Болотникова. Неудачу этого движения, охватившего весьма широкие массы, трудно отнести к тем альтернативам, которые, осуществившись, могли бы принести хорошие плоды. И личность предводителя восстания, и характер самого движения в нашей популярной и учебной литературе значительно деформировались. Начнем с самого Ивана Исаевича Болотникова. О нем пишут, что он был холопом князя Телятевского. Это правда, но у неискушенного читателя создается впечатление, что Иван Исаевич пахал землю или прислуживал своему хозяину. Однако среди холопов были совершенно разные социальные группы. Одну из них составляли так называемые послужильцы или военные холопы. Это были профессиональные воины, выходившие на службу вместе со своим хозяином. В мирное время они зачастую исполняли административные функции в вотчинах и поместьях своих владельцев. Рекрутировались они в значительной степени из обедневших дворян. Так, Никитичи-Романовы были арестованы по доносу своего холопа, происходившего из старинного (с XIV в.) дворянского рода Бортеневых. Григорий Отрепьев, тоже отпрыск дворянского рода, как отмечалось выше, служил холопом у тех же Романовых. Известен уход в холопы в середине XVI в. даже одного из белозерских князей. Тот факт, что нам известен в XVI – XVII вв. дворянский род Болотниковых, заставляет предполагать в Болотникове разорившегося дворянина. Вряд ли князь Андрей Телятевский стал бы воеводой под началом у своего бывшего холопа, если бы тот не был дворянином.

Всегда требовало объяснения большое количество дворян в войске вождя крестьянской войны, каким обычно рисовался Болотников. Во многих учебниках можно прочитать, что дворяне Пашков и Ляпунов со своими отрядами из эгоистических соображений сначала присоединились к Болотникову, а потом изменили ему, когда стала вырисовываться антифеодальная сущность движения. Однако при этом замалчивалось, что после ухода Пашкова и Ляпунова с Болотниковым остались и поддерживали его до конца многие другие феодалы, в том числе князья Григорий Шаховской и Андрей Телятевский.

Мы плохо знаем программу Болотникова, до нас дошло только изложение ее в документах, исходящих из правительственного лагеря. Излагая призывы восставших, патриарх Гермоген писал, что они "велят боярским холопем побивати своих бояр". Как будто звучит вполне антифеодально. Но прочитаем текст дальше: "...и жены их и вотчины и поместья им сулят" и обещают своим сторонникам "давати боярство и воеводство и окольничество и дьячество". Таким образом, мы не находим здесь призыва к изменению феодального строя, а только намерение истребить нынешних бояр и самим занять их место. Вряд ли случайно, что "в воровских полках" казакам (так именовались все участники восстания) раздавали поместья. Некоторые из этих помещиков-болотниковцев продолжали владеть землями и в первой половине XVII в.

Вряд ли случайно отношение к Болотникову фольклора. Сколько песен и легенд сложено о Степане Разине! На Урале записаны предания о Пугачеве. Но о Болотникове фольклор молчит, хотя, если верить современной исторической науке, именно его должен был бы воспевать народ. Но непослушный народ предпочел "вождю народных масс" другого героя, увы, классово не безупречного – "старого боярина Никиту Романовича".

Разумеется, и под знаменами Болотникова, и под стягами других "воровских атаманов", и, наконец, в лагере "тушинского вора", объявившего себя чудом спасшимся "царем Дмитрием", было немало обездоленных, не принимающих жестокого феодального строя, чей протест выливался порой в не менее жестокие, а то и разбойные формы. И все же, думается, ненависть к угнетателям была только одной из нескольких составляющих широкого движения в начале XVII в.

"Тушинский вор", Лжедмитрий II, унаследовавший от своего прототипа авантюризм, но не таланты, жалкая пародия на предшественника, нередко и впрямь игрушка в руках представителей короля Речи Посполитой, не олицетворял собой, как Болотников, никакой серьезной альтернативы тому пути развития, по которому пошла Россия. Может показаться неожиданным и даже раздражающим, но еще одной упущенной возможностью было, на мой взгляд, несостоявшееся царствование сына Сигизмунда III – королевича Владислава. Чтобы понять ход рассуждений, необходимо остановиться на обстоятельствах его призвания на московский престол.

 


Информация о работе «Политические альтернативы развития России после Смутного времени»
Раздел: История
Количество знаков с пробелами: 64104
Количество таблиц: 1
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
347581
0
0

... . Изменился персональный, но не социальный состав земельных собственников. Последствия хозяйственного кризиса были со временем преодолены. Но другие последствия, отдаленные, наложили отпечаток на отечественную историю. Опричнина явилась форсированной централизацией без достаточных экономических и социальных предпосылок. Она утвердила в России режим личной власти. Опричнина способствовала ...

Скачать
40392
0
0

... и социальные аспекты Смуты были представлены как относительно равноценные, то советская историография явный крен делала в сторону только социальных факторов, как правило, абсолютизируя их. Интерпретируя события Смутного времени исключительно как «крестьянскую революцию», историки-марксисты отвергли сам термин «Смута». Понятие «Смута» было надолго вытеснено формулировкой «крестьянская война под ...

Скачать
106663
0
0

... , в котором приняли участие более 7тыс. человек.3 этап революции: январь 1906г. – июнь 1907г. Характеризуется ослаблением борьбы, началом работы Государственной думы – первого в истории России нового времени законосовещательного органа при императоре, активной деятельностью различных политических партий и движений, попытками правительственного лагеря частично реформировать экономический уклад ...

Скачать
79881
0
0

... », а о том, что в этатистском сознании российское государство утратило смысл и не реализует более определенных социально признанных ценностей. В социальном плане кризис легитимности политической власти в России обусловлен, с одной стороны, скептицизмом и недовольством значительной части населения деятельностью государственной власти, а также политических партий, представляющих конкретные группы ...

0 комментариев


Наверх