Индустриализация и её итоги

43727
знаков
2
таблицы
0
изображений

Реферат

 

по дисциплине: «Новейшая история Отечества»

 

по теме: «Индустриализация и её итоги»

 


Содержание.

 

Введение 3-4
I. Ход индустриализации. 5-16
I.1. Социально-политическая подготовка «великого перелома». 5-9
I.2. Первая пятилетка. 10-13
I.3. Вторая пятилетка. 13-14
I.4. Третья пятилетка. 14-15
I.5. Источники накопления. 15-16
II. Итоги индустриализации 17-22
III. Заключение. 23
Список литературы. 24

Введение.

Большевики в концу 20-х гг. окончательно утвердили свою власть в России. Им удалось вернуть страну к основным экономическим показателям довоенного времени. И перед новой властью неизбежно встал вопрос: а что же дальше? А дальше, вне зависимости от политических пристрастий большевистского режима на первый план выдвигалась проблема модернизации страны, ещё более обострившаяся по сравнению с началом XX века. Апробированные восстановительным периодом нэповские экономические механизмы стали давать сбои. Требовалось либо подкорректировать их и приспособить к новым условиям (что предлагала сделать группа Н.И.Бухарина), либо выдвинуть принципиально новую программу, отвечающую требованиям модернизации.

Воспользовавшись очередным кризисом нэпа, Сталин объявил о «великом переломе», о «наступлении социализма по всему фронту», об ускоренном превращении СССР в великую промышленную державу.

Сталинская модернизация объективно преследовала те же цели, что и модернизация начала XX века. Она так же имела «догоняющий» характер, поэтому ей были присущи те же противоречия и возможные тупики. Но помимо этого она была отягощена рядом как объективных, так и субъективных обстоятельств.[1]

В СССР в связи с ликвидацией в 1920-30-е годы частной собственности самореализующаяся система не получила развития и страна пошла по «нецивилизованному» пути. С одной стороны, страна двигалась по пути технического прогресса, наращивала экономическую мощь; с другой стороны, этот прогресс обеспечивался за счет жестокой эксплуатации государством отдельных слоев населения (крестьян, заключенных, «спецпоселенцев»), низкого жизненного уровня народа, уничтожения личностей. К тому же сам технический прогресс имел однобокую милитаризованную направленность. Россия в начале XX века находилась во втором эшелоне модернизации, то есть ее стартовые условия, и возможности значительно отличались от передовых стран Европы и США.

Революции, войны, социально-экономические трансформации, которыми изобилует российская история, не привели к качественному улучшению жизни людей. Триада государство-общество-человек было обращено в сторону минимизации человеческих свобод. Гражданское общество в России – СССР не сложилось. В направлении господствует тоталитарная концепция, согласно которой в XX в. возникли государства, СССР, Германия, Италия и др., представляющие опасность для цивилизации и подчинившие своему жесткому контролю все общество. Тоталитарная концепция акцентирует внимание не на социально-политической системе, а на форме государственного управления. Прежде всего, на «силовом» объединении народа для быстрого достижения цели любой ценой, на наличии мобилизационной экономики, на особом режиме полувоенного времени. Такая форма государственного устройства возможна лишь при отрицании оппозиции в обществе, отрицании существования самореализующейся личности и индивидуализма.[2]

С начала 90-х гг. Россия, преодолевая тяжелые последствия тоталитарного прошлого, движется в сторону создания демократического общества с эффективной рыночной (частной) экономикой, проходя на этом пути этап авторитаризма и кардинального изменения социальной структуры общества.

Данная тема была выбрана с целью подробного изучения процесса индустриализации в России. В работе рассмотрены следующие вопросы:

- причины возникновения индустриализации;

- социально-политическая подготовка «великого перелома»;

- возникновение первых пятилеток;

- подведены итоги индустриализации.


I. Ход индустриализации.

 

I.1. Социально-политическая подготовка «великого перелома».

В декабре 1925 г. состоялся XIV съезд ВКП(б), на котором были подведены итоги предыдущего развитию страны. Съезд отметил, что, несмотря на успехи восстановительного периода, экономика страны все еще оставалась отсталой. СССР оставался страной многоукладной, аграрной, промышленность давала лишь 32,4% всей продукции, а мелкое, в основном единоличное, хозяйство давало 67,6%. Преобладала легкая промышленность, тяжелая индустрия была развита слабо. В промышленности отсутствовал ряд важнейших отраслей, производящих средства производства. Объективный ход развития страны требовал реконструкции всего народного хозяйства.

Съезд провозгласил курс на индустриализацию страны. Он вошел в историю как "съезд индустриализации". С XIV съезда РКП(б) стала именоваться ВКП(б) - Всесоюзной Коммунистической партией (большевиков). Индустриализацию было решено осуществить в короткий срок.

Быстрый темп индустриализации диктовался следующими причинами:

- необходимостью использовать мирную передышку, которая могла прерваться в любой момент;

- необходимостью в короткий срок подвести техническую базу под сельское хозяйство;

- необходимостью в возможно короткий срок укрепить обороноспособность государства.

Осуществлением индустриализации страны руководил важнейший государственный орган ВСНХ, который в 1926 г. после смерти Ф.Э. Дзержинского возглавил В.В. Куйбышев. Резко повысилась роль планирующих органов. Госплан СССР приступил к разработке пятилетнего плана развития народного хозяйства. ЦК ВКП(б) и ЦИК СССР осуществили ряд мер, направленных на повышение роли местных Советов, профсоюзов, привлечение молодежи, работников науки и техники к делу индустриализации.[3]

В противоборстве двух концепций индустриализации - "бухаринской" (продолжение НЭПа, сбалансированное развитие промышленности и сельского хозяйства) и "сталинской" (свёртывание НЭПа, усиление роли государства в развитии экономики, ужесточение дисциплины, форсированное развитие тяжёлой промышленности, использование деревни как поставщика средств и рабочей силы для нужд индустриализации) верх одержала «сталинская» концепция.[4]

Главным идеологом нэпа был Бухарин, поэтому борьба с «правым уклоном» была направлена, прежде всего, против него и его взглядов. Правда, характер дискуссий теперь был уже иной. Спорили главным образом за закрытыми дверями, не посвящая рядовых коммунистов в сущность разногласий.

Пользуясь своим положением главного редактора «Правды», Бухарин выступил с рядом статей, в которых под видом борьбы против троцкизма критиковался отказ от нэпа, проводимый сталинским руководством. В статье «Заметки экономиста» Бухарин дал анализ складывающейся в стране ситуации. «Сумасшедшие люди, - писал он, - мечтают о гигантских прожорливых стройках, которые годами ничего не дают, а берут слишком много». Бухарин указывал на нарастающий дисбаланс между различными отраслями хозяйства, на опасность беспрерывного наращивания капитальных затрат, возражал против «максимума годовой перекачки [средств] из крестьянского хозяйства в промышленность, считая наивной иллюзией, что таким способом можно поддерживать высокий темп индустриализации. В статье «Политическое завещание Ленина» Бухарин опять же не прямо, а косвенно критиковал «генеральную линию», противопоставляя ее взглядам Ленина, изложенным в его последних работах.

Разгром «правых», также происходивший за закрытыми дверями, состоялся на апрельском объединенном расширенном пленуме ЦК и ЦКК 1929 г. В своей речи Бухарин попытался очертить последствия, взятого сталинским руководством курса. Под сталинской линией, говорил Бухарин, скрывается господство бюрократии и режим личной власти. Грандиозные планы социалистического переустройства общества он назвал не планами, а литературными произведениями. Индустриализацию, по его мнению, нельзя проводить на разорении страны и развале сельского хозяйства. Чрезвычайные меры означают конец нэпа. Бухарин обвинил сталинский аппарат в военно-феодальной эксплуатации крестьянства, а проводимую на ее основе индустриализацию - «самолетом без мотора». Скептически отнесся Бухарин к идее массовой коллективизации. Ее нельзя строить на нищете крестьянства - «из тысячи сох не составить трактора». Главный теоретический тезис Сталина об обострении классовой борьбы по мере продвижения к социализму Бухарин назвал «идиотской безграмотной полицейщиной».

Резкую речь Бухарина на пленуме следует рассматривать скорее как акт отчаяния, предчувствие неминуемого поражения ввиду яростного наступления сталинской клики, которая теперь полностью «правила бал» в партийном руководстве, и нравов, царивших в нем. Доводы разума не играли уже никакой роли. Не получил поддержки Рыков, как председатель правительства выступивший с довольно аргументированным и реальным двухлетним планом восстановления расстроенного народного хозяйства, оздоровления финансов, устранения «узких мест» и консервации необеспеченных ресурсами строек.

О том, какие методы дискредитации оппонентов утверждались в партии, свидетельствует сталинское выступление на пленуме. Он извлек из архива старую полемику между Лениным и Бухариным по поводу государственного капитализма, вспомнил ленинское «Письмо к съезду», из которого взял фразу, где Ленин говорит о Бухарине как никогда серьезно не учившемся марксисте, намекнул на предполагаемое участие Бухарина в заговоре левых эсеров. Когда Бухарин говорил о перерождении партии, превращении ее в болото послушных бюрократов, ее засоренности политически безграмотными чиновниками, не отличающими Бебеля от Бабеля, Сталин прервал его репликой: «Ты у кого это списал? У Троцкого!», намекая на контакты Бухарина, искавшего союзников, с разгромленной оппозицией. Что касается существа дела, то взгляды Бухарина и его сторонников он назвал пораженческими, проявлением панических настроений. Пленум 300 голосами против 13 осудил «правый уклон». Вслед за пленумом была созвана XVI партийная конференция, которая проходила под знаком осуждения правых по всем направлениям текущей политики. Конференция отклонила какие-либо попытки снижения темпов индустриализации. В решениях конференции подчеркивалось, что пятилетка является процессом развернутого социалистического наступления и выполнению ее препятствуют не столько трудности организационно-технического характера, сколько обострение классовой борьбы и сопротивление капиталистических элементов. Преодоление этих трудностей возможно только при огромном росте активности и организованности трудящихся, изжитии мелкобуржуазных колебаний в решении вопроса о темпах и наступлении на кулачество.

«Правый уклон» был назван «откровенно капитулянтским», ему объявлялась решительная и беспощадная борьба.

Конференция в качестве пути подъема сельского хозяйства сделала ставку на организацию «крупного социалистического земледелия» - колхозов и совхозов, а в качестве важнейшего направления работы партии в деревне - организацию бедноты для борьбы совместно с середняком против кулака. Конференция постановила произвести генеральную чистку партии и госаппарата «под контролем трудящихся масс» под флагом борьбы с бюрократизмом, с извращениями партийной линии, развертывание критики и самокритики. Практически каждое выступление партийных руководителей с мест на конференции заканчивалось рефреном «даешь пятилетку, даешь индустриализацию, даешь трактор…, а правых — к черту!». Налаженный в партийном аппарате механизм проведения «генеральной линии» действовал четко и почти безотказно.

Дальнейшая борьба с «правым уклоном» превратилась в откровенную травлю оппозиционеров. «Правый уклон» олицетворялся с именами Бухарина, Рыкова, Томского. Против них развернула широкую кампанию печать. Повсеместно организовывались собрания и митинги с «разоблачением» и осуждением их сторонников. От них требовали признания своих ошибок и покаяния. Несколько позже, на ноябрьском пленуме 1929 г., принадлежность к «правому уклону» была признана несовместимой с пребыванием в партии. За короткий срок из нее было исключено 149 тыс. человек (11%), в основном по обвинению в «правом уклоне». По всей видимости, эта цифра близка к реальному количеству коммунистов - сторонников продолжения нэпа. Большинство из них, так или иначе, раньше или чуть позже вынуждены были публично признаться в своих ошибках и заблуждениях. В противном случае они оказывались в положении отверженных, на которых могли распространяться всевозможные кары и репрессии.

Разгром «правых» происходил под аккомпанемент обвального крушения нэпа по всем направлениям хозяйственной и социальной политики. В связи с переходом к директивному централизованному планированию перестраивается вся система управления народным хозяйством, в которой поначалу легко можно увидеть черты, унаследованные от «военного коммунизма». На базе государственных синдикатов, которые фактически монополизировали снабжение и сбыт, создаются производственные объединения, весьма смахивающие на главки первых послереволюционных лет и положившие начало становлению «ведомственной экономики». Производство строилось путем прямого централизованного регламентирования сверху всего и вся вплоть до норм оплаты труда рабочих. Предприятия, в сущности, бесплатно получали соответствующие фонды сырья и материалов по карточно-нарядной системе. Снова возникли разговоры о прямом плановом продуктообмене между городом и деревней, об отмирании денег, о преимуществах карточной системы снабжения и распределения. Ликвидировались многие банки, акционерные общества, биржи, кредитные товарищества. На производстве вводилось единоначалие, руководители предприятий напрямую делались ответственными за выполнение промфинплана. Директора крупнейших строек и предприятий назначались теперь по особому номенклатурному списку.[5]

Очевидно, что ни Сталин, ни Бухарин, ни их сторонники не имели еще плана экономического преобразования страны, ясных представлений о темпах и методах индустриализации. Для Сталина и его сторонников в то время на первом плане была борьба за власть. Он проявил себя как сторонник быстрых темпов и преимущественного развития тяжелой промышленности путем перекачки в нее средств, накапливаемых в сельском хозяйстве, легкой промышленности и т.д. Но подходил он к этой проблеме упрощенно, отсюда и та его беспринципность, с какой он в политических целях пользовался доводами как «левых», так и «правых».[6]

Суть концепции была сформулирована И.В. Сталиным и заключалась в следующем:

1. Быстрый темп индустриализации диктуется внешними и внутренними условиями нашего развития. Мы значительно отстали в техническом отношении от передовых капиталистических стран, поэтому «нужно... догнать и перегнать эти страны... в технико-экономическом отношении. Либо мы этого добьемся, либо нас затрут».

2. «Быстрый темп развития индустрии вообще, производства средств, производства в особенности, представляет основное начало и ключ индустриализации страны... Это значит - побольше капитальных вложений в промышленность. А это ведет к напряженности всех наших планов».

3. В чем причина этой напряженности? «Реконструкция промышленности означает передвижку средств из области производства средств потребления в область производства средств производства. Без этого не бывает и не может быть серьезной реконструкции промышленности, особенно в наших, советских условиях [учитывая отсутствие внешних инвестиций.]. Но что это значит? Это значит, что вкладываются деньги в строительство новых предприятий, растет количество городов и новых потребителей, тогда как новые предприятия могут дать новую массу товаров лишь через 3-4 года».

4. Необходимость ускоренной индустриализации диктовалась и отсталостью аграрного сектора. Чтобы ее ликвидировать, нужно было обеспечить аграрный сектор орудиями и средствами производства, что подразумевало «быстрый темп развития нашей индустрии». В области сельского хозяйства предлагалось обратить особое внимание на колхозы и совхозы.

Трудности индустриализации состояли в технико-экономической отсталости, в преобладании в экономике страны мелкотоварного хозяйства на базе устаревшей техники; остро встала проблема накопления средств; в стране было мало промышленных кадров; отсутствовал опыт проведения индустриализации; трудности усугублялись сопротивлением капиталистических элементов, которые старались вырваться из-под государственного регулирования, обострением классовой борьбы в стране; индустриализацию приходилось осуществлять в условиях внешнеполитической изоляции и постоянной угрозы нападения империалистических держав. Необходимо иметь в виду, что социалистическая индустриализация отличалась от капиталистической по социально-экономическому содержанию, методам проведения, темпам осуществления и источникам накоплений. Следует обратить особое внимание на две проблемы: проблему темпов и источников накоплений.[7]

I.2. Первая пятилетка.

В 1927 году советские экономисты приступили к разработке первого пятилетнего плана, который должен был предусмотреть комплексное развитие всех районов и использование всех ресурсов для индустриализации страны.[8]

На июльском пленуме ЦК ВКП(б) 1928 г. Сталин выступил с теоретическим обоснованием своего тезиса. Он заявил о необходимости «дани», своего рода «сверхналога» на крестьянство для сохранения и увеличения высоких темпов развития индустрии.

Все дальнейшие мероприятия характеризуются усилением роли директивного планирования, административного и полицейского нажима, развертывания грандиозных массовых кампаний, направленных на ускорение темпов социалистического строительства. Сталин и его выдвиженцы выступают активными сторонниками «социалистического наступления» и свертывания нэпа. Атака должна была идти по всем правилам военных действий с провозглашением фронтов: «фронта индустриализации», «фронта коллективизации», «идеологического фронта», «культурного фронта», «антирелигиозного фронта», «литературного фронта» и т.д.

Развертывание «фронта индустриализации» выливалось в строительство новых промышленных объектов, усиление режима экономии, добровольно-принудительное распространение «займов индустриализации», установление карточного снабжения населения городов и рабочих поселков. Эти мероприятия сопровождались вытеснением частного сектора из экономики. На протяжении 1928 и 1929 гг. неоднократно менялись ставки прогрессивного налогообложения, прежде всего на промыслы и акцизы, увеличение налогов вдвое привело к свертыванию нэпманского предпринимательства, закрытию частных магазинов и лавок и, как результат, к расцвету спекуляции на «черном рынке». В продолжающемся ухудшении жизни была обвинена деревня, кулак как главный виновник трудностей. Нагнеталось враждебное отношение к крестьянству как косной и инертной массе, как носителю мелкобуржуазного сознания, препятствующего социалистическим преобразованиям. Все шире распространялся лозунг: «Закон индустриализации - конец деревне, нищей, драной, невежественной!» На помощь уполномоченным по хлебозаготовкам партийные органы посылали в деревню рабочих промышленных предприятий, исподволь подготавливая массовый поход рабочих в деревню.

На заводах и фабриках разворачивалось движение 25-тысячников. Суть его состояла в том, чтобы отобрать в среде рабочего класса самых лучших его представителей и направить в деревню для организации колхозов и совхозов. По официальным данным, было зарегистрировано около 700 тыс. рабочих, выразивших желание выехать на фронт «колхозного разворачивания».

Чрезвычайные методы господствовали на «фронте хлебозаготовок». По всем деревням и селам разъезжали уполномоченные, отбирая у крестьян «хлебные излишки». Им на помощь из города было направлено около 150 тыс. посланцев рабочего класса, попутно излагающих новую политику партии.

Газеты усердно пропагандировали преимущества колхозов, товарность которых по зерну якобы составляла 35%, а совхозов - и того выше. В результате настойчивой пропаганды доля коллективизированных крестьянских хозяйств поднялась с 3,9% в июне до 7,6% в октябре.

Не менее важные события происходили на «культурном фронте». Общий культурный уровень населения страны на протяжении 20-х гг. поднимался медленно. Правда, по уровню грамотности были достигнуты впечатляющие цифры. К 1930 г. число грамотных по сравнению с 1913г. увеличилось почти вдвое (с 33 до 63%).

В задачи культурной революции, которые выносились на повестку дня, включались борьба с мещанскими и буржуазными проявлениями, критическая переработка старого буржуазного культурного наследия и создание новой социалистической культуры, т.е. внедрялись примитивные культурные штампы и стереотипы. Провозглашались лозунги решительной борьбы с враждебными идеологиями, течениями, нравами, традициями как в области науки, литературы, искусства, так и в области труда и быта. Агрессивно насаждались коллективистские начала, ведущие к подавлению индивидуальности и свободы творчества. Нагнетались антиинтеллектуализм, недоверие к «гнилой интеллигенции» и «гнилому либерализму». Усилилась разнузданная и крикливая антирелигиозная пропаганда, возглавляемая «Обществом воинствующих безбожников» и сопровождаемая разрушением церквей, исторических памятников, арестами священников как пособников кулаков и врагов социализма.

На «литературном фронте» борьбу за социализм вела созданная в 1928 г. Российская ассоциация пролетарских писателей (РАПП) и ее руководство, объединившееся вокруг журнала «На литературном посту» («Напостовцы»). Напостовцы проповедовали «гегемонию пролетариата в литературе». В связи с этим они поделили писательский лагерь по классовому принципу («пролетарские писатели», «попутчики», «буржуазные» и «необуржуазные» авторы), периодически организуя разносы и преследования различных литературных группировок и объединений. Под огонь критики попали многие писатели, в том числе и М. Горький как «не совсем чистый» пролетарский писатель, М. Булгаков как выразитель контрреволюционного необуржуазного сознания, В. Маяковский за анархо-бунтарские индивидуалистические настроения и др. Аналогичные явления происходили в искусстве, театральной жизни, кинематографии. Они сводили на нет многообразие культурной и художественной жизни 1920-х гг.[9]

В начале 1929 г. началась кампания по развертыванию массового социалистического соревнования на фабриках, заводах, на транспорте, в строительстве. В течение нескольких месяцев вся пресса во главе с «Правдой», партийные, профсоюзные, комсомольские органы усиленно пропагандировали различные трудовые почины, многие из которых были подхвачены рабочими. Широкое распространение получили такие формы соревнования, как движение ударников, движение за принятие встречных планов, «непрерывка», движение «догнать и перегнать» (ДИП) капиталистические страны по объемам производства и производительности труда и др. Социалистическое соревнование провозглашалось одним из главных условий выполнения заданий пятилетки.

В 1929 г. (апрель - XVI партконференция, май - V съезд Советов) утвержден I пятилетний план (1928/1929 - 1932/1933 годы), в котором содержалась цельная комплексная программа ускорения развития страны, предусматривающая оптимальное сочетание тяжелой и легкой промышленности, общественного и индивидуального труда, рост жизненного уровня трудящихся, их культуры. Показатели плана доводились до наркоматов и предприятий и носили обязательный характер. Создавался механизм планового, централизованного, директивного руководства экономикой страны. Однако план первой пятилетки ни в оптимальном, ни в отправном вариантах не был выполнен.[10]

Летом 1929 г., несмотря на принятый закон о пятилетнем плане, начался ажиотаж вокруг его контрольных цифр. Безоговорочно принимались встречные планы, как будто под них уже имелось материальное обеспечение. В ответ на лозунг «Пятилетку в четыре года!» Сталин призывал выполнить ее в три года. Задания по тяжелой промышленности (в металлургии, машиностроении и др.) были резко увеличены.

Накануне 12-й годовщины Октября Сталин выступил в «Правде» со статьей «Год великого перелома», в которой говорил о закладке основ строительства социализма, о решении проблемы внутренних накоплений, о новых формах повышения производительности труда, о повороте крестьянских масс к сплошной коллективизации и т.д. На ноябрьском Пленуме ЦК речь шла о громадных успехах, якобы достигнутых страной в 1929 г. Опираясь на них, было решено снова увеличить плановые задания. Шло даже соревнование за то, кто больше пообещает в деле досрочного выполнения пятилетки. Для внесения единства в «грандиозное развертывание крупных совхозов, колхозов и МТС» было признано необходимым создание единого органа - союзного Наркомзема, которому вскоре предстояло стать своеобразным штабом массовой коллективизации.

Каскад произвольных, материально не подкрепленных мер, проводимых в форме постановлений, распоряжений, приказов, буквально терзал страну. [11]

С 1929 г. страна напоминала огромную стройплощадку. Государство начинает возводить новые предприятия: Сталинградский, Челябинский, Харьковский тракторные заводы. Огромные заводы тяжелого машиностроения в Свердловске и Краматорске. Автомобильные заводы в Нижнем Новгороде и Москве. Досрочно в 1931 г. была пущена Магнитка. Сталин, опьяненный успехами в промышленности, в 1929 г. исправляет цифры первой пятилетки в сторону их увеличения. В январе 1933 г. он объявляет первую пятилетку выполненной за 4 года и 3 месяца.[12]

Итоги первой пятилетки можно рассматривать двояко. С одной стороны, в области промышленности страна в 1928-1932 гг. переживала большой подъем. Если в 1928 г. в СССР было произведено 3,3 млн.т. чугуна, то в 1932 г.- 6,2 млн. т., по тракторам рост составил с 1,8 тыс. шт. до 50,8 тыс. шт., по автомобилям - с 0,8 тыс. шт. до 23,9 тыс. шт. Зато в области сельского хозяйства произошел явный откат от результатов, имевшихся в конце нэпа.[13]

I.3. Вторая пятилетка.

Советское руководство сделало серьезные выводы из уроков первой пятилетки и на XVII съезде ВКП(б) при обсуждении показателей второго пятилетнего плана (1933 – 1937 гг.) курс на дальнейшее форсирование экономического развития страны был подвергнут существенной корректировке. В области промышленности были утверждены более реальные задания по ежегодному росту производства, а в сельском хозяйстве предусматривалось лишь закрепление достигнутого уровня коллективизации. Произошло некоторое ослабление директивного давления на экономику, были реорганизованы органы управления ею.

Все это привело к тому, что хотя вторая пятилетка в области промышленности, как и первая не была выполнена в полном объеме, однако промышленность в эти годы развивалась более динамично, чем в первой пятилетке. В результате героического труда рабочего класса был обеспечен существенный прирост производительности труда.[14]

За годы II пятилетки было построено 4500 предприятий, т.е. в три раза больше, чем в первой. Крупнейшими были Уралокузнецкий комбинат, Уралмашзавод, Беломорско-Балтийский канал и канал Москва-Волга, Московский метрополитен и др. Продукция промышленности к концу 1937 г. увеличилась по сравнению с первой пятилеткой более чем в два раза. На востоке страны была создана вторая угольно-металлургическая база. В годы II пятилетки СССР из страны, ввозящей промышленные изделия, стал крупным экспортером продукции машиностроения.[15]

Вторая пятилетка (1933-1937) имела более реалистичные задания, но и в этот период прежний сценарий повторился, плановые задания неоднократно перекраивались. Теперь больше стало новой техники, и её освоение и использование приобрело большое значение. Был выдвинут лозунг «Кадры решают все!», который ближе к 1937 г. стал иметь двойной смысл. Ставка делалась на трудовой подъем, энтузиазм рабочих, вовлечение их в стахановское движение. Его участники боролись за установление производственных рекордов, мало считаясь со своим временем, силами, качеством производимой продукции.

Стахановцы, передовики производства пользовались определенными привилегиями: им предоставлялась лучшая техника, особые условия труда, премии, ордена, квартиры. Их достижения нередко носили пропагандистский характер, чтобы поддержать постоянный трудовой энтузиазм масс. С другой стороны, соревнование давало возможность новому строю организовать массы, увлечь их высокой идеей, заставить ради нее ударно трудиться. Вторая пятилетка, хотя и была более успешной, также не была выполнена.[16]

I.4. Третья пятилетка

Третий пятилетний план развития народного хозяйства СССР /1938-1942 гг./ по основным экономическим приоритетам был составлен в русле политики, избранной сталинским руководством в начале 30-х гг. Его особенностью было то, что он должен был, используя достижения в области промышленности, направить их на обеспечение обороноспособности страны. Его осуществление было осложнено как внутренними проблемами, которые проявили себя во второй половине 30-х гг., так и изменением международного положения СССР.[17]

В III пятилетке (1938 - 1942 г.) перед советским народом была поставлена задача: догнать и перегнать в экономическом отношении, т.е. по производству продукции на душу населения, наиболее развитые капиталистические страны. В годы III пятилетки выделялось столько средств для развития промышленности и сельского хозяйства, сколько их было выделено за годы первых двух пятилеток. Угроза надвигавшейся войны определила характер промышленного развития в III пятилетке. Ускоренными темпами развивалась оборонная промышленность. План предусматривал дальнейшее развитие металлургической, угольной и нефтяной промышленности, в частности, создание в районе между Волгой и Уралом новой нефтяной базы СССР - Второго Баку. Предполагалось создание крупных государственных резервов по топливу, электроэнергии, строительство на востоке страны заводов-дублеров по ряду отраслей машиностроения, химии и др. На капитальное строительство выделялось 192 млрд. рублей - это на 15% больше, чем было затрачено на эти цели в годы I и II пятилеток, вместе взятых.

За три с половиной года пятилетки было построено и введено в действие 2900 крупных предприятий, освоено много новых сложных видов продукции. На Сталинградском тракторном заводе была пущена первая в мире автоматическая линия. Улучшилась работа транспорта, особенно железнодорожного. Значительные успехи наблюдались в сельском хозяйстве.

Темпы развития промышленности союзных республик были в десятки и сотни раз выше, чем в среднем по Союзу.[18]

I.5. Источники накопления.

Финансовые средства для инвестиций в экономику были чрезвычайно скудны. Надежды на получение средств от концессий на зарубежные кредиты не оправдались, а внешнеторговые операции должностной выручки не давали. По этой причине XIV съезд ВКП(б), взяв в конце 1925 года курс на индустриализацию страны, определил в качестве основных внутренние источники её осуществления. Проблема накопления встала, таким образом, уже не как предмет теоретических споров или политических столкновений, но как неумолимая практическая потребность. Способы её решения были различны. За 1929-1932 гг. находящаяся в обращении денежная масса, увеличилась в 4 раза. Правительство не смогло продолжать политику предыдущих лет, направленную на поддержание стабильных цен или даже их понижения. Начиная с 1931 года был взят курс на значительное повышение цен на все потребительские товары. Надежды на получение средств от растущих прибылей государственных промышленных предприятий оправдывались лишь незначительно. Существенным источником пополнения ресурсов были поэтому прямые и косвенные налоги. С 1931 года главным источником бюджетных поступлений стал налог с оборота, начисляемый на цену всех товаров в розничной торговле и, следовательно, взимаемый автоматически.

Источниками средств для индустриализации были займы, размещаемые среди населения. Первоначально они не носили принудительного характера, однако со временем сделались обязательным. Другим источником стала также монополия на продажу водки. Отменив введенный еще царем «сухой закон», Сталин предлагал Молотову увеличить производство водки. И это было сделано, т.к. водка была самой выгодной статьей бюджетных поступлений.

Средства для оплаты зарубежных закупок оказалось изыскивать ещё трудней. Товарами, которыми ССР оплачивал тогда свой импорт, были главным образом хлеб, лес, нефть, меха. Положение с продовольствием в стране оставалось чрезвычайно сложным. За границу, таким образом, вывозились не излишки, а тот хлеб, который изымался из внутреннего оборота.

Для нужд индустриализации и оплаты заграничных счетов продавались художественные произведения из музеев; с помощью ОГПУ изымалось золото у частных лиц, снимались и переплавлялись бронзовые колокола церквей, а также золото с куполов храмов.

Однако, одним из главных источников накопления являлось сельское хозяйство, которое должно было способствовать росту промышленного производства.[19]


II. Итоги индустриализации.

За 1929—1937 гг. страна совершила беспрецедентный скачок в росте промышленной продукции (см. табл. 1). За это время в строй вступило около 6 тыс. крупных предприятий, то есть 600-700 ежегодно. Темпы роста тяжелой промышленности были в два-три раза выше, чем за 13 лет развития России перед первой мировой войной.

В результате страна обрела потенциал, который по отраслевой структуре и техническому оснащению находился в основном на уровне передовых капиталистических государств. По абсолютным объемам промышленного производства СССР в 1937 г. вышел на второе место после США (в 1913 г. – пятое место). Прекратился ввоз из-за рубежа более 100 видов промышленной продукции, в том числе цветных металлов, блюмингов, рельсопрокатных станов, экскаваторов, турбин, паровозов, тракторов, сельхозмашин, автомобилей, самолетов. В целом к 1937 г. удельный вес импорта в потреблении страны снизился до 1%.

Таблица 1

Производство важнейших видов промышленной продукции СССР в натуральном выражении

Виды продукции Годы
  1913 1928 1932 1937
Чугун, млн. т 4,2 3,3 6,2 14,5
Сталь, млн. т 4,2 4.3 5,9 17,7
Уголь, млн. т 29,1 35.5 64.4 128.0
Нефть, млн. т 9,2 11,6 21.4 28,5
Электроэнергия, млрд. квт-ч 1.9 5,0 13.5 36,2
Металлорежущие станки, тыс. шт. 1.5 2.0 16.7 48,5
Тракторы, тыс. шт. 1.8 50.8 66,5
Автомобили, тыс. шт. 0,8 23,9 199,9
Цемент, млн. т 1.5 1,8 3,5 5.5
Ткани хлопчатобумажные, млн. м 2582 2678 2604 3448
Сахар, тыс. т 1347 1283 828 2421
Консервы, млн. банок 95,0 125 692 982

В ходе реализации трёх первых пятилетних планов (1928-32; 1933-37; 1937-42, выполнение плана прервано в 1941), несмотря на срыв завышенных плановых показателей, ценой неимоверного напряжения сил всего населения СССР достиг экономической независимости от Запада. Рост промышленного производства в 30-е гг. составил примерно 15% в год. По производству валовой продукции в ряде отраслей промышленности СССР обогнал Германию, Великобританию, Францию или вплотную приблизился к ним, однако отставал от этих стран по производству продукции на душу населения. Итоги (по данным официальной статистики): за годы довоенных пятилеток (1928/29 - 1932/33, 1933 - 1937, 1938 -1941 годы) по объему промышленной продукции СССР вышел на первое место в Европе и на второе место в мире:

- по производству машин, тракторов, грузовых автомобилей, по добыче нефти занял второе место в мире;

- созданы новые отрасли индустрии (авиационная, автомобильная, подшипниковая, тяжелое машиностроение, приборо- и станкостроение и др.);

- ликвидирована эксплуатация, к 1931 г. покончено с безработицей;

- осуществлены значительные программы в области образования, науки, медицины;

- создана плановая социалистическая экономика;

- ликвидирована экспортная зависимость от внешнего мира;

- социализм победил в основном (закончился переходный период).

Реальные данные говорят о том, что:

- задания ни одной из пятилеток не были выполнены;

-достигнутые успехи были плодом неимоверных физических и морально-политических издержек;

– эксплуатации энтузиазма, революционной активности масс;

- утвердилась и расцвела командно-административная система.

Были созданы новые отрасли промышленности - станкостроительная, авиационная, автомобильная, тракторная, химическая и др. В строй действующих было введено около 9 тыс. крупных промышленных предприятий общесоюзного значения. Во 2-й половине 30-х гг. Сталин заявил о превращении СССР из аграрной страны в индустриальную. Высокие темпы промышленного развития были достигнуты как за счёт низкого стартового уровня, так и за счёт тотального внедрения командных методов руководства экономикой.

Целям форсированной индустриализации отвечало массовое использование дешёвой рабочей силы и энтузиазма масс, воодушевлённых большевистской идеей строительства бесклассового общества. В практику народного хозяйства внедрялись различные формы т. н. социалистического соревнования за выполнение и перевыполнение производственных заданий без увеличения оплаты труда. Широко использовался труд заключённых в лагерях Главного управления лагерей (ГУЛАГ); в 1934 число заключённых в лагерях ГУЛАГ составляло 500 тыс. человек, в 1940 - более 1,5 млн.[20]

Индустриализация проходила за счет снижения жизненного уровня городского населения, характерным показателем которого являлось существование в 1929-1933 гг. карточной системы снабжения населения.

Пятилетние планы оказали сильное стимулирующее воздействие на индустриальное развитие, на оптимальное размещение и взаимоувязку вводимых в строй новых производительных сил. Типична история создания плотины и гидроэлектростанции на Днепре, получивших название Днепростроя. Проект финансировался государством. Проект предполагал создание совершенно новых отраслей промышленности, строительство новых заводов и фабрик, которые работали бы на электроэнергии, даваемой этой гидроэлектростанцией. Электроэнергией предполагалось снабжать шахты Донбасса, а также новые металлургические заводы, производящие алюминий, высококачественную сталь и железные сплавы, - таким образом, создавался новый промышленный комплекс для производства средств производства. Появились два новых промышленных города - Запорожье и Днепропетровск. Днепрострой оказался образцом для множества смелых проектов, начатых в соответствии с первым пятилетним планом.

Важнейший из них - создание на Востоке второго основного угольно-металлургического центра СССР путем использования богатейших угольных и рудных месторождений Урала и Сибири. Вместо первоначально запроектированных 16 металлургических заводов средних размеров на XVI съезде ВКП(б) (1930) было решено построить несколько крупных комбинатов: мощность Магнитогорского комбината увеличить с 656 тыс. т годовой выплавки чугуна до 2,5 млн. т, а затем до 4 млн. т; мощность Кузнецкого комбината должна была превысить намеченную ранее почти в 4 раза и т.д. Созданная в 30-е гг. вторая угольно-металлургическая база сыграла выдающуюся роль в годы Великой Отечественной войны. Именно сюда перемещались из оккупированных Германией западных и южных областей заводы, квалифицированная рабочая сила. Опираясь на созданную в 30-е гг. индустриальную инфраструктуру, на Урале и в Сибири было налажено массовое производство военной техники, компенсировавшее утрату традиционных центров военного производства.[21]

Существовал традиционный путь индустриализации, по которому в XX в. шли многие страны: иностранные кредиты. Но этот путь чреват долгами, зависимостью, к тому же помощи от капиталистов Советской стране ждать не следовало. Главным источником мобилизации накоплений на нужды индустриализации могла быть только деревня (крестьяне составляли 4/5 населения). Все эти источники могли обеспечить индустриализацию только при условии осуществления в стране сурового режима «бережливости, экономии, беспощадной борьбы со всякими излишними непроизводительными расходами».


III. Заключение.

Осмысление итогов политики индустриализации имеет важное значение как для понимания того, что удалось сделать к 1941 г., так и для уяснения нерешенных тогда задач.

Но существенным источником индустриализации была жесточайшая государственная эксплуатация населения, всяческое ограничение потребления, строжайший режим экономии на всем - на зарплате, еде, жилье и т.д. Продовольствие распределялось по карточкам. Государство стимулировало труд размерами пайка.

Ценой индустриализации являлось и то, что условия труда и быта людей не улучшились. Должного развития не получили легкая и пищевая промышленность, на одного горожанина приходилось жилой площади меньше, чем даже до революции, мяса и зерна - меньше, чем до начала сплошной коллективизации.

Дорого обошелся и вывоз зерна в голодные 1932-1933 гг. вместо того, чтобы спасти миллионы жизней. Трагедия миллионов показала, как дешево ценились жизни людей в СССР.[22]

Несмотря на множество отрицательных последствий индустриализации, страна выполнила поставленную задачу, добившись огромных успехов. Советский Союз стал одной из немногих стран, способных производить практически любой вид промышленной продукции.

Возникли новые отрасли - производство тракторов, автомобилей, танков, самолетов. Уже в первой пятилетке удвоилась численность рабочих и служащих, в орбиту индустрии втягивались окраины, выросли десятки новых городов и промышленных поселков, в 1930 г. было покончено с безработицей.

Индустриализация была историческим подвигом всего советского народа. Советские люди совершили главное - вывели Страну Советов в число первых держав мира, своим трудом создали прочные основы ее индустриальной и оборонной мощи. Оценивая итоги индустриализации, нельзя забыть то, что без нее страна вряд ли смогла бы выстоять в Великой Отечественной войне.[23]


Список литературы.

1. Понька Т.И. Отечественная история/Т.И.Понька. – М.:Дрофа, 2001. – 326с.

2. Валиуллин К.Б., Зарипова Р.К. История России. XX век: Учебное пособие/ К.Б.Валиуллин, Р.К.Зарипова. - Уфа: РИО БашГУ, 2002. - 234 с.

3. Данилов А.А. История Россия XX век: учебное пособие для вузов/А.А.Данилов, Л.Г.Косулина. – М.:Просвещение, 1997.- 366 с.

4. Личман Б.В. История России/Б.В.Личман. – М.: Дрофа, 1995. – 462с.

5. Мунчаев Ш. М., Устинов В. М. История России: Учебник для вузов/Ш.М.Мунчаев, В.М.Устинов. - М.: Изд-во Норма, 2003. - 768 с.

6. Ратьковский И. С., Ходяков М. В. История Советской России/И.С.Ратьковский, М.В.Ходяков. - СПб.: Лань, 1999. - 384 с.

7. Всемирная история новейшего времени: Учеб. Пособие/Сост. А.Колоцей, М.Я.Колоцей, М.В.Мартен, И.Д.Вельская. - Гродно: ГрГУ, 2002. - 226 с.

8. Энциклопедический словарь/Сост. Б. Ю. Иванов, В. М. Карев, Е. И. Куксина, А. С. Орешников, О. В. Сухарева. – М.: Просвещение,1999. – 445 с.

 


[1] Данилов А.А. История России. М.: Просвещение, 1997, с. 166.

[2] Личман. Б.В. История России. М.:Дрофа, 1995, с.223.

[3] Понька Т.И. Отечественная история. М.:Дрофа, 2001, с 159.

[4] Данилов А.А. История России XX века. М.: Просвещение, 1997, с.167.

[5] Понька Т.И. Отечественная история. М.:Дрофа, 2001, с.160-162.

[6] Всемирная история новейшего времени/Сост. А.Колоцей, Гродно: ГрГУ, 2002, с. 168.

[7] Понька Т.И. Отечественная история. М.:Дрофа, 2001, с.163-164.

[8] Всемирная история новейшего времени/Сост. А.Колоцей, Гродно: ГрГУ, 2002, с. 169.

[9] Понька Т.И. Отечественная история. М.:Дрофа, 2001, с.167-169.

[10] Всемирная история новейшего времени/Сост. А.Колоцей, Гродно: ГрГУ, 2002, с. 171.

[11] Понька Т.И. Отечественная история. М.:Дрофа, 2001, с.169

[12] Всемирная история новейшего времени/Сост. А.Колоцей, Гродно: ГрГУ, 2002, с. 171

[13] Личман. Б.В. История России. М.:Дрофа, 1995, с.224.

[14] Личман. Б.В. История России. М.:Дрофа, 1995, с.225.

[15] Всемирная история новейшего времени/Сост. А.Колоцей, Гродно: ГрГУ, 2002, с. 96.

[16] Валиуллин К.Б. История России XX век, Уфа: РИО БашГУ, 2002, с.92.

[17] Личман. Б.В. История России. М.:Дрофа, 1995, с.226.

[18] Всемирная история новейшего времени/Сост. А.Колоцей, Гродно: ГрГУ, 2002, с. 97.

[19] Ратьковксий И.С. История Советской России. СПб: Лань, 2001, с. 176.

[20] Энциклопедический словарь/Сост. Б.Ю.Иванов, М.: Просвещение, 1999, с. 264-265.

[21] Понька Т.И. Отечественная история. М.:Дрофа, 2001, с.171.

[22] Валиуллин К.Б. История России XX век, Уфа: РИО БашГУ, 2002, с.98.

[23] Всемирная история новейшего времени/Сост. А.Колоцей, Гродно: ГрГУ, 2002, с. 98.


Информация о работе «Индустриализация и её итоги»
Раздел: История
Количество знаков с пробелами: 43727
Количество таблиц: 2
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
167253
7
0

... успехи жизни человечества в его развитии и результатах». Теологическая концепция. Смысл в последовательном движении человека к Богу. Значение христианской концепции идея, что история совершается в силу универсальных закономерностей. Линейно-направленное движение. Рационалистическая. Проблема: взаимосвязь духовного и естественного. Философия Гегеля, Маркса. Движущая сила ...

Скачать
494089
1
0

... БИЛЕТ 16 ВТОРОЙ ВОПРОС Политика разрядки в 1970-1980 годы. Новое политическое мышление А. Предпосылки разрядки: 1) конец 60-х - начало 70-х годов:установление военно-стратегического паритета между США и СССР, ОВД и НАТО (и, соответственно, укрепление международного мира на этой основе) 2) Дальнейшее накопление ядерного оружия стало бессмысленным и слишком опасным для судеб человечества 3) ...

Скачать
194448
0
0

... режима в СССР, возрождение политики репрессий, несколько ослабленных в военные годы. Вопрос об уроках Великой Отечественной войны остается чрезвычайно сложным. Их понимание зависит от времени, от готовности людей учиться у истории. Война и победа показали, что агрессору нельзя потакать, для борьбы с ним необходимо единство миролюбивых сил. Война, безусловно, научила человечество презирать фашизм, ...

Скачать
56970
0
0

... . Это оказались своевременные и нужные обороне страны меры. 3.4 Коллективизация – движущая сила индустриального скачка. Выступление Генерального секретаря на совещании по вопросу о коллективизации (июль 1934 г.) преотлично показывает сталинское видение взаимосвязи политики индустриализации и процессов реконструкции сельского хозяйства. Разбирая речь выступавших, Сталин особенно подробно ...

0 комментариев


Наверх