1.3 Организация царства

 

Держава Селевкидов была создана силой оружия. Исход сражений определял, будет ли тот или иной город принадлежать дому Селевка. В результате потомки Никатора властвовали над совокупностью разнородных городов и народов, каждый из которых вошел в состав державы своим особым путем.

В самом деле, стабильной ячейкой античной политической жизни всегда была некая органическая общность — город, народ, племя. Образования, стоявшие над этими единицами, например, царство, основывались на праве победителя. Поражение отменяло это право и возвращало первоначальную свободу этим ячейкам. При вторжении в какую-либо страну каждый город, каждая народность самостоятельно договаривались с неприятелем[22].

За исключением нескольких случаев, капитуляция гарантировала только жизнь, личную свободу и неприкосновенность имущества побежденных. Селевкидский посол в 193 г. до н. э. изложил эту доктрину перед римским сенатом следующим образом: «Когда победитель предписывает свои законы побежденным, он превращается в абсолютного господина тех, которым изменило военное счастье; он решает по собственному усмотрению, что ему угодно отнять у них или им оставить». Царь мог уступить, продать завоеванный город, подарить другому. Он мог изменить конституцию города, назвать его своим именем «как свидетельство своей славы и своих подвигов». Он меняет по своему усмотрению границы территорий, может перенести город в другое место, даже уничтожить его. Примечательно при этом, что подобный акт считали жестоким, но никогда не рассматривали его как незаконный[23].

Абсолютное право царя не подлежит сроку давности. Например, Деметрий подарил евреям город Аккарон спустя пятьдесят лет после того, как этот город стал селевкидским. В результате завоевания город терял право пользоваться своими обычаями и законами. Он вновь получал его лишь в силу акта, исходившего от нового суверена. Отсюда понятно, почему город дарует почести тому, кто «просил царя вернуть городу его законы и традиционное правление».[24] Обычно царь давал каждому завоеванному городу хартию, определявшую его статус. При даровании привилегий иногда добавлялись те или иные льготы, субсидии, финансовые льготы, преимущества святилищам и т. д. Преемники впоследствии утверждают привилегии, данные в державе их предшественниками. Правилом является следовать примеру предков, и статус, дарованный Александром, был образцом для его наследников. Отказываясь тем самым от того или иного из своих абсолютных прав, царь предоставлял городу «автономию», «демократию». В Селевкидской державе города пользовались свободой, но свобода эта основывалась на милости властелина, и ее нужно было заслужить[25]. Будучи актом односторонним, милостью, привилегия могла быть аннулирована, если город более не заслуживал ее или по другим причинам. Каковы бы ни были привилегии автономного города державы, эти свободы не были результатом заключенных с царем соглашений и не гарантировались ими. Они проистекали из одностороннего акта властителя, были милостивыми уступками, на которые он согласился. В книгах Маккавеев бережно сохранены сведения о некоторых привилегиях, дарованных Иерусалиму Селевкидами. Во всех случаях это письма, т. е. ордонансы, ни разу — соглашения. Напротив, с городами, юридически независимыми, царь заключал двусторонние пакты; таковы договор о «дружбе и союзе» между Антиохом II и городом Литтом на Крите в 248 г. до н. э., союз Антиоха III с этолянами и соглашения между Селевкидами и родосцами в 192 г. до н. э[26]. Точно так же царь поклялся лисимахийцам уважать свободу (демократию) их города, освободить его от налогов, царского гарнизона и обеспечить защиту. В ответ на это Лисимахия обещала хранить верность царю[27]. Вполне естественно, что многие привилегии были приобретены с помощью силы или угроз. Подобно тому как большинство средневековых хартий, официально даруемых «в предвидении добрых и приятных услуг», в действительности освящали реальное положение вещей и, по существу, были результатом соглашения, так и привилегии, предоставленные Селевкидами, были по большей части соглашениями применительно к обстоятельствам. Еврейские авторы рассматривали эти уступки Селевкидов как обязательства и называли «пактами» то, что юридически было лишь декларациями царей. Вследствие дарования привилегий держава делилась на две части: с одной стороны, свободные города и народы, которым царь даровал права, объединенные, по-видимому, названием «союз» (συμμαχία), с другой стороны, области, подчиненные общему режиму, — χώρα (территория)[28].

На политической карте держава Селевкидов симмахия, созданная в результате ряда индивидуальных царских актов, она выглядела бы как ряд вклинившихся в состав царства территорий, рассеянных на всем его протяжении. То это был греческий полис, то восточное святилище, то автономный народ. Однако общей чертой всех этих разрозненных элементов было то, что они представляли собой государства под суверенитетом царя, непосредственно подчинявшиеся центральному правительству. О том, что они были государствами, свидетельствует следующее: они отправляли посольства к царю и получали от него письма, составленные в форме дипломатических документов.

Города посредством посольств поддерживали отношения с другими городами царства и с суверенными государствами за пределами державы. Известен греческий обычай приглашать иноземных судей для разрешения споров между городами. Селевкидские города избирали этих судей по своему усмотрению. В случае обращения по такому поводу к царю он не назначал сам судей, а называл какой-либо третий город, который посылал их, и спорный вопрос рассматривался еще раз с помощью посольств и декретов конфликтующих городов.

Конституированные как государства, свободные народы и города обладали автономией во внутренней администрации. Царские хартии превозносили сохранение «унаследованной от предков конституции» каждого города. В греческих городах это означало демократический строй.

В городах управление находилось в руках народа. В повестке дня народных собраний вначале упоминаются «священные дела», затем «дела царские». В области юрисдикции автономия была, вероятно, полной[29]. Бюджет, по-видимому, контролировался царем. Однако правительство, насколько это было возможно, считалось с чувствами граждан. Когда Селевк хотел, чтобы в Селевкии Пиерийской была воздвигнута статуя, которой он почтил одного из своих фаворитов, он не отдает приказа, а пишет рекомендательное письмо городу, после чего «демос» издает декрет согласно царскому пожеланию.

Автономия вольных городов находит свое видимое выражение в системе летосчисления. На подвластных территориях счет лет велся по годам правления царя и селевкидской эре. Селевкидскую эру иногда вводили там, где всегда принято было вести летосчисление по годам правления царей: в Тире, Вавилоне, Иерусалиме, Сузах. Но древние греческие города сохраняли своих традиционных эпонимов. Одна из Антиохий датирует свои документы именем жреца династического культа, другая — именем своего стратега, анонимным магистратом Лаодикеи на Лике был жрец[30]. И в то время как правительством был принят македонский календарь, приспособленный к летосчислению халдейских астрономов, города по своему усмотрению выбирали названия, порядок и способ вставки дополнительных месяцев.

Тем не менее, правительство осуществляло достаточно мелочную опеку над администрацией вольных городов. Хотя его пожелания высказывались в форме рекомендаций, они были, тем не менее, обязательными. Несмотря на то что, города считались автономными, царь все же посылал своих эмиссаров для контроля над тем, как города управляют своими делами.

При малейшем ослаблении царской власти города стремились освободиться и вновь стать подлинно независимыми. Поскольку они представляли собой небольшие государства со своими финансами, войсками, собственной территорией, их сепаратизм никогда не исчезал.

Что же касается автономных народов то можно сказать следующие: македонская колония, точно так же как древний полис, была организована в соответствии с тем, как было принято у эллинов. Жители Селевкии на Тигре, этого «царского города», были в глазах уроженцев Востока «греками из Селевкии». Но жители Востока сами продолжали сохранять традиционные формы жизни своего этноса. Во фразеологии этого времени классическая триада форм правления — монархия, аристократия, демократия — заменяется формулой, соответствующей новым условиям: царь, полис, этнос, династ. Полис — это греческий или грецизированный город, этнос — это те рамки, в которых протекала жизнь уроженцев Азии. В хартии о привилегиях Иерусалима, предоставленных около 200 г. до н. э. Антиохом III, предписывается, чтобы строительный тес, необходимый для работ в храме, был взят «в самой Иудее, у других ethne и в Ливане» без всяких пошлинных сборов. Когда в 110 г. до н. э. Симон Маккавей был провозглашен вождем своего народа, он принял титул этнарха, ибо этнос было официальным обозначением еврейского народа.Согласно источнику, использованному Страбоном, четыре ethne — евреи, идумеи, газеи, азотии — были смешаны с сирийцами, клесирийцами и финикийцами (которые к этому времени были рассеяны в нескольких греческих или эллинизированных городах).

Единственный этнос, структура которого при Селевкидах нам хорошо известна, — это «еврейский народ». Его территория простиралась от Иордана на востоке до приморских городов в Изреельской долине на западе. На юге сопредельная граница Идумеи проходила перед Бетцуром, на дороге из Хеврона в Иерусалим. На севере, сразу за Модеином, селением Маккавеев, начиналась область Самарии. Иерусалим был центром, «главой» этого района, и поэтому любому греческому наблюдателю представлялся «полисом».

Но в то время как полисы в эту эпоху управлялись демосом, у «народов» (этносов) существовала аристократическая форма правления. Двучленному делению в полисе — магистраты, народ соответствовали в Иерусалиме гораздо более сложные формулы. Характерна в этом отношении заглавная часть письма лакедемонян, адресованного евреям: «Архонты и полис спартиатов первосвященнику Симону, старейшинам, жрецам и остальному народу евреев».

Политически еврейский народ был представлен герусией. Этот государственный орган состоял из жрецов и глав больших семей. Правила его пополнения нам неизвестны. Жрецы и «старейшины» (т. е. светская знать) — привилегированные группы, которые говорят от имени народа. От Антиоха III они получили освобождение от налогов.

Первосвященник стал всемогущим только после того, как эта должность попала в руки Маккавеев — Ионатана и Симона. До этого в официальных документах, обращенных к евреям, первосвященник не упоминался. Священная особа, избранная царем, согласно обычаю, из одной и той же семьи, первосвященник представлял собой как бы связующее звено между правительством и еврейским народом. На него возлагалась ответственность за своевременный сбор налогов[31]. В то же время он был гражданским представителем центрального правительства в Иерусалиме. Герусия не могла отменить решения первосвященника, но в случае необходимости не останавливалась перед тем, чтобы привлечь его к ответу перед царем. Таким способом Селевкидам удалось согласовать автономию еврейского народа с тем, что его делами руководило доверенное лицо центрального правительства[32].

Весьма вероятно, что и другие автономные этносы управлялись на основе этих же принципов. Но мы об этом не имеем никакой информации[33].

В античности победа давала победителям абсолютные права относительно побежденных. Суверенитет Селевкидов предполагал полную собственность на всю территорию царства, за исключением греческих городов и автономных народов, которым специальными царскими грамотами был дарован иммунитет. Такой порядок вещей сохранился в Сирии вплоть до нового времени. Землями в полной собственности здесь были только те, которые находились в периметре городов и поселков. Земля вне населенных пунктов номинально принадлежала государству. Но в действительности большая часть земель находилась во владении частных лиц, которые распоряжались ими по своему усмотрению при условии исполнения какой-то повинности. Но они не вправе были, ни завещать эти земли, ни оставлять их невозделанными. В противном случае они лишались этих владений.

Эта земельная система, примененная арабами к завоеванным ими территориям, вероятно, являлась в главных чертах продолжением системы, существовавшей при владычестве Византии, Рима, Селевкидов и Ахеменидов. Верховная собственность на solum provinciale принадлежала государству, но право пользования предоставлялось покоренному населению на условии выполнения некоторых повинностей и взноса платежей. Трудно уточнить степень недееспособности действительных владельцев и объем повинностей, возлагавшихся на них в тот или иной период. Ибо верховное право царя на всю землю, главой которой он являлся, могло осуществляться самыми различными способами. В птолемеевском Египте корона сохраняла за собой — прямо или косвенно — эксплуатацию земли. Напротив, в римских провинциях владельцы земель, расположенных в ager stipendiarius, взамен уплачиваемых ими налогов пользовались фактически почти абсолютными правами собственности[34]. Каково было положение людей и земель в селевкидской «провинции»? Нет сомнений, что царь ревниво охранял свою верховную собственность на землю. Мы видели, что даже в Дура-Европосе, македонской колонии, основанной на царской земле, выморочные земли возвращались короне. Но маловероятно, чтобы на всем протяжении державы применялись в этом вопросе единообразные правила.

Свободные города составляли лишь незначительную часть территории царства. Сюда относятся греческие города, обрамлявшие восточное побережье Эгейского моря, народы и города Сирии и Финикии, наконец, вассальные принцы. Вся остальная часть державы, огромная территория от Инда до Скамандра, за исключением рассеянных там македонских колоний, зависела непосредственно от царской администрации. На этих землях жило около ста различных народов. Нет никаких оснований полагать, что Селевкиды разрушили традиционный порядок жизни большинства этих народов. Автор Первой книги Маккавеев приписывает Антиоху Эпифану эдикт, предписывавший всем народам отказаться от своих особых институтов. Но история не знает ничего о подобном эдикте, и сам анналист говорит об этом так называемом указе как об исключительной мере, упразднявшей «законы, существовавшие с незапамятных времен»[35].

Так, источники показывают нам арабский мир в районе, пограничном с пустыней, разделенный, как всегда, на кланы, управляемые шейхами, которых, что показательно, по-гречески называли «вождями племен» — φόλαρχοι. Согласно книгам Маккавеев, область правления этих эмиров начиналась по ту сторону Иордана. Все эти племена — идумеи, баианиты, аммониты, бени-Фарисон, бени-Иамбри или забдеи Ливана, поочередно появляющиеся на страницах хасмонейской хроники, ведут при Селевкидах жизнь, совершенно [158] сходную с той, которая у них была в библейские времена[36]. В Северной Сирии несколько эмиров политически возвысились во время войн претендентов. В 145 г. до н. э. Александр Бала, потерпевший полное поражение, пытается найти убежище у араба Забдиеля, который приказал убить его. Сын его, будущий Антиох VI, был доверен попечению другого шейха — по имени Ямблих. В 88 г. до н. э. эмир Азиз одержал победу над Деметрием III. Могущество всех этих царьков было основано на этнической структуре групп, наследственными вождями которых они являлись.

У нас есть возможность проследить политическую судьбу одной из этих семей филархов на протяжении четырех столетий. Около 445 г. до н. э., в период реформаторской деятельности Эзры и Неэмии, некий Товия, «аммонитский раб», т. е. династ из Амманитиды, действует в Иерусалиме против Неэмии, царского наместника и еврейского реформатора. Двумя веками позже, при Птолемее II, некий Товия царствует в Трансиордании. Он возглавляет отряд военных колонистов на службе Египта, «всадников Товии», но одновременно является локальным династом, который посылает подарки (они составляют целый зверинец) царю и пишет письма Филадельфу. В книгах Маккавеев упоминаются «евреи Товиады» и район по ту сторону Иордана, носящий имя Товии, а Иосиф Флавий сообщает о выдающейся роли, которую играла эта семья в течение трех поколений при дворе Александра и в Палестине. Даже историческая резиденция дома Товии была обнаружена около Хешбона, на побережье Мертвого моря. Она состоит из дворца в эллинистическом стиле и обширных, выбитых в горе убежищ, включавших жилые помещения, конюшни, склады; это настоящее феодальное угодье.

Итак, Селевкиды отнюдь не сломили могущества этой локальной династии. При Селевке IV значительная часть сокровищ, хранившихся в иерусалимском храме, принадлежала Гиркану из дома Товии, «человеку, занимавшему очень высокое положение»[37]. Поссорившись со своими братьями, весьма влиятельными в Иерусалиме, он удалился во владения своего предка, откуда вел небольшую войну с соседними арабами. Когда пришел к власти Антиох IV, он покончил с собой, опасаясь нового властелина[38]. Но и при Антиохе IV Товиады сохраняли свое влияние в Иерусалиме. Изгнанные из города в 168 г. до н. э. другим кланом, Ониадами, они, чтобы отомстить за себя, привели в священный город селевкидскую армию.

Товиады, служившие вначале опорой египетского владычества в Палестине, сохранили расположение и Селевкидов, продолжая управлять при новых властителях своими владениями по ту сторону Иордана. Точно так же и другие филархи арабов в Сирии, иранские князья в Азии сохраняли при Селевкидах наследственную власть, управляя своими доменами и распоряжаясь своими людьми. Так, Персида (со столицей в Персеполе) управлялась своими собственными царями, которые «вначале подчинялись македонянам, затем парфянам»[39].

Таким образом, мы можем сказать что, государство Селевкидов это сложное многосоставное государственное образование, где объединяющим фактором является царская власть - личная власть царя.


Глава ΙΙ. Возникновение и основные этапы развития царского культа

 


Информация о работе «Государственное устройство царства Селевкидов»
Раздел: История
Количество знаков с пробелами: 74651
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
28179
0
0

... царе из династии Фарнавазианов — Мириане I (КЦ, с. 28). «Картлис Цховреба» в этом случае, вероятно, не грешит против исторической правды. Выдвинутые далеко на юг границы Картлийского царства в III в. до н. э. делают правдоподобным наличие непосредственных политических связей между Селевкидами и правителями Картли. Армянские земли в этот период входили в состав Селевкидского государства, и поэтому ...

Скачать
96339
0
3

... образы лирически-интимного или буднично-повседневного характера. Если в искусстве 5 в. до н.э. образы богов отличались такой же естественностью и человечностью, как и образы людей, то в эллинистическом искусстве образы богов часто наделяются чертами гипертрофированной монументальности например, в распространенных в эту эпоху колоссальных статуях типа Колосса Родосского; напротив, образ человека ...

Скачать
151524
5
2

... древней Греции /Под ред. В.И.Кузищина. М., 1986, 2000. Лурье С.Я. История Греции. СПб., 1993. Немировский А.И., Ильинская Л.С., Уколова В.И. История Древнего мира. Греция и Рим. В 2 т. М.: Дрофа, 1996. Постернак А.В. История древней Греции и древнего Рима. Учебное пособие. М., 1999. * * * Ковалев С.И. История Рима. Л., 1948, 1986. Машкин Н.А. История древнего Рима. М., 1948, 1956. История ...

Скачать
842274
0
0

... раньше, на государственную службу принимались лица вне зависимости от их национальной принадлежности. В формулярных списках чиновников даже не было графы о национальности. ** * См: К а л н ы н ь В.Е. Очерки истории государства и права Латвии в XI - XIX веках. Рига, 1980. С.114. ** См.: Зайончковский П.А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX веке.М., 1978. С.9. Что касается ...

0 комментариев


Наверх