2.2. Поэтика батализма в творчестве Державина

Исследователи справедливо писали о том, что Державин вы­ступил как разрушитель классицизма. Это проявилось прежде всего в размывании жанровой ограниченности стиля. Державин объединил традицию торжественно-хвалебной, исполненной па­фоса оды Ломоносова с камерным лирическим звучанием стихо­творений Сумарокова. Произошло слияние жанров оды и анакрентической песни, оды и сатиры, оды и элегии. Академик Я. К. Грот в свое время отмечал, что Державин «торжественный и важный тон оды сменяет шуточным и забавным... к похвалам примешивает тонкую и остроумную сатиру». Этот взгляд на твор­чество Державина был развит и углублен в работах советских ис­следователей.

Оды Державина, прославляющие победы русской армии, своей приподнятостью и пафосом, несомненно, сохранили многое от торжественно-хвалебной оды Ломоносова, но в них стали проникать реалистические черты. У Державина имеется попытка расска­зать о подлинных ощущениях человека на войне, он не только дает описание внешности утомленного сражением солдата,— хотя и робко, — но и стремится выразить его душевное состояние. Все эти особенности поэзии Державина «работали» на то, чтобы при­давать картине сражения черты достоверности. Такое «непарад­ное» изображение битвы будет развито писателями XIX в.

В поэзии Державина картинность замечательно сочеталась с музыкальностью. Это тоже шло вразрез с поэтикой классицизма, с ее установкой на отвлеченную идеализацию, на отрыв изобра­жения от конкретных образов действительности. Особая одарен­ность поэта позволила создать образцы «говорящей живописи». Большое значение Державин придавал «сладкозвучанию» стиха, стремясь, чтобы он не только легко произносился, но и воспроиз­водил звуки природы. В «Рассуждении о лирической поэзии или об оде» он писал, что истинный знаток поэзии сразу приметит «согласность» поэзии с музыкой, свистит ли стих при изображе­нии свистящего или шипящего змея, грохочет ли при изображе­нии грома, стонет ли при рассказе о мрачно-унылом завывании леса (7,571). В оде «На переход Альпийских гор» лязг штыков и сабель передан в стихе: «Мечами о мечи секутся, вкруг сыплет огонь, хохочет ад». Неоднократно повторенные звуки ч и с созда­ют иллюзию скрестившегося в бою оружия. Аналогичная картина, в «Гимне лиро-эпическом. На прогнание французов из Отечест­ва»: «И гром о громы ударялся, и молнии с молниями секлись» (3, 105). Еще Ломоносов писал, что звук р помогает предста­вить вещи сильные, великие, страшные. В отрывке «Хор на шведский мир» в семи словах у Державина шесть раз встречается звук р. «Героев храбрый полк возрос, с громами громы поми­рились». Выразительная, звуковая характеристика грандиозного сражения дается в «Гимне лиро-эпическом»:

На Бородинском поле страшном,

На Малоярославском, Красном

Там штык с штыком, рой с роем пуль,

Ядро с ядром и бомба с бомбой,

Жужжа, свища, сшибались с злобой,

И меч о меч звуча, слал гул;

Там всадники, как вихри бурны,

Темнили пылью свод лазурный;

Там бледна смерть с косой в руках,

Скрежещуща, в единый мах

Полки, как классы, посекала.

(3, 105—106)

Картина боя представлена здесь в динамике, в кипении, для пе­редачи состояния битвы использованы глаголы: жужжать, свис­теть, сшибаться, звучать, слать, темнеть, посекать. В тексте очень мало прилагательных, которые обычно замедляют повест­вование.

Звукопись державинских стихов особенно заметна в отрывке из «Персея и Андромеды»:

Частая сеча меча

Сильна могуща плеча,

Стали о плиты стуча,

Ночью блеща, как свеча,

Эхо за эхами мча,

Гулы сугубит звуча.

(2, 391)

Повторение ч, щ в словах частая, сеча ,меча, могуща, плеча;стуча, блеща, свеча, мча, звуча напоминает звуки, которые мы слышим при извлечении клинка из ножен, свисте рассекаемого воздуха, ударе.

Как правило, описание битвы у Державина дается в коротких словосочетаниях: «Ударов звук и крови брызги, зиянье ран, нестройны визги, шум, крик возник, стон и треск». Подобная ма­нера подачи изобразительных средств характерна при описании боя в пушкинской «Полтаве» («Швед, русский—колет, рубит, режет. Бой барабанный, клики, скрежет»).

В некоторых произведениях Державин отдал дань оссианизму. (Оссиан — легендарный герой кельтского народного эпоса.) «Сочинения Оссиана» Джемса Макферсона, переведенные в 1792 г. на русский язык, имели успех благодаря своим художест­венным достоинствам, широкому использованию мотивов устного творчества Ирландии и Шотландии. Это издание оказало большое влияние на всю предромантическую литературу, но сильно оссианизм проявился в литературе, затрагивающей героическую тему.

В оде «На взятие Измаила» Державин рассказал о священнике,. который возглавил одну из штурмующих колонн русских войск, и сравнил его с певцом древних кельтов — бардом. В оде «Водопад» фельдмаршал Румянцев представлен в виде средневекового воина: это седой муж, у его ног, во мху, лежит обвитый павиликой шлем. Пейзаж в этом произведении «оссиановский»: туман, среди рощи сидит седой старец. Нечто близкое и в оде «На победы в Италии». В оде «На переход Альпийских гор» Суворов «одет седым туманом». Появляются зловещие признаки чего-то рокового: треснул «кремнистый холм», поднялась станица воронов. Смерть является в виде воинственной девы-валькирии, кото­рая, по древнескандинавской мифологии, даровала в битвах победы и уносила души умерших храбрых воинов на Валхаллу — дворец бога Одина. Ода «На победы в Италии» начинается с при­зыва к валькирии: «Ударь во сребряный, священный, далеко-звон­кий, валка! щит...» Сам поэт объяснял этот образ: «Древние север­ные народы... возвещали войну и сбирались на оную по ударению в щит, а валками у них назывались военные девы». Победу скандинавцы праздновали у костров, где горели дубы, под звуки арф, за круговой чашей. Державин рассказывает об этом в оде «На победы в Италии».

Державин стремится использовать для героической темы быто­вые, замеченные в жизни явления. Так, в оде «Вельможа» показан старый увечный воин, вынужденный унижаться в приемной вель­можи, чтобы не умереть с голоду:

А там — на лестничный восход

 Прибрел на костылях согбенный

Бесстрашный, старый воин тот,

Тремя медальми украшенный,

 Которого в бою рука

Избавила тебя от смерти:

Он хочет руку ту простерти

Для хлеба от тебя куска.

 Наряду с использованием средств классической поэтики, во­преки «Риторике» Ломоносова, Державин брал для одной и той же темы слова «высокие» и «низкие», просторечные, пользовался словами и образами, близкими к разговорной речи. В стихотворе­нии «Видение Мурзы» о капризах Потемкина, например, намекается фразой, где фигурируют «прозаические» слова «арбуз» и «огурцы» («И словом: тот хотел арбуза, а тот соленых огурцов»). О Кутузове говорится, что французов он «пужнул, как тьму те­теревов», «расчесал в клочки», о русских — что они «растрепали круля (т. е. короля.—А. К. ) в пух» (сказка «Царь-девица»). Нечто подобное содержится в оде «На счастье». Иногда в текст включается народная поговорка или пословица: «...Дралися храб­ро на войне; ведь пьяным по колени море!» («Кружка»); «...не узнав и броду, соваться в воду» («Голуби»). Из разговорного языка взяты обороты: «поставить вверх дном» («Изображение Фелицы»), «франпузить»—подражать французам («Кружка»), «как лунь... поседевший» («Вельможа»), «треснуть в ус» («На первые победы русскими французов»), «посбить спесь», «подбрить кудерки» («Солдатский и народный диферамб по торжестве над Францией»), «бить горою» («На смерть фельдмаршала кн. Смо­ленского, апреля в 16 день 1813 года). Уснащение стихотворений просторечиями говорит о стремлении Державина быть понятным простому народу, особенно сильно проявилось это в произведени­ях последнего периода.

Некоторые оды Державина написаны «низким» слогом, однако они не потеряли своего «высокого» значения и содержали при­сущие жанру «трафареты». Все это показывало движение литера­туры, которая уже не удовлетворялась схемами классицизма.

Державина называли самым музыкальным поэтом XVIII в. Многие его стихотворения положены на музыку . Некоторые его оды по своей композиции близки к построению музыкального произведения. Такова ода «На взятие Измаила». Вначале, словно в увертюре, излагается картина извержения вулкана Везувия («Везувий пламя изрыгает... О росс. Такой твой образ славы...»). Через две строфы эта тема появляется вновь, но в другой трак­товке: штурм сравнивается уже не с извержением вулкана, а с весенним, все сметающим на своем пути половодьем («Как воды, с гор весной в долину низвержась пенятся ревут, волнами льдом трясут плотину, к твердыням россы так текут...») и грозовой ту­чей («Идут — как в тучах скрыты громы, как движутся безмолвны холмы») . Тема страшного, молчаливого, неотвратимого, как рок, движения войск нарастает, осложняется звукозаписью. Солдаты_подошли к стенам крепости, установили штурмовые лестницы, поползли вверх. Поэт слышит крик («Во мне их раздается крик»), теперь это уже не молчаливое движение людей, а грохочущий при5ой («Как шумны волны, через волны они возносятся челом»). Через три строфы снова для характеристики штурма Державин использует образ грозовой тучи, но теперь эта туча не только движется, но и гремит, ее не только видно, но и слышно:

Представь, по светлости лазури,

Взошла черно-багрова буря...

Дохнула с свистом, воем, ревом,

Помчала воздух, прах и лист...

И затрещал Ливан кремнист...

Кульминации изображение штурма достигает в уже упомянутой строфе, где дается картина, близкая к видению из Апокалипсиса («Представь последний день природы...»). Здесь появляется контрастная тема; словно затишье после страшной бури, идут элегические медитации по поводу бесполезности всех войн вообще: «...Напрасно слышен жалоб крик: напрасно, бранны человеки. Вы льете крови вашей реки, котору должно бы беречь; но с самого веков начала война народы пожирала, священ стал долг рубить и жечь!» Этот вывод о бесполезности войн приобретает большее значение, что исходит из уст победившей стороны, т. е. русского поэта.

Мы коснулись лишь некоторых поэтических средств, который пользовался Державин. Можно видеть, что в его произведе­ниях сочетались общие стилевые черты предшествующего искус­ства и частные особенности, присущие только поэту. Творческая индивидуальность Державина повлияла на последующее разви­тие литературы. Многие годы он оставался вождем литературы, разрабатывающей гражданские и патриотические темы. Его вы­соко ценил Радищев, поэты-декабристы, Пушкин.


Заключение

Итак, основная идея русского классицизма — идея защиты родины, оценка мира и войны были восприняты от Петровской эпохи. Ве­ликой заслугой классицизма было воплощение в художественных образах высокого, героического.

Однако классицисты полагали, что героическое содержится только в величественном и велико­лепном, а не в простом и обыденном. Художественная практика классицистов часто ограничивалась стереотипными рамками. Те­ма народа как определяющей силы исторического процесса в их произведениях только поставлена. Дальнейшее развитие она полу­чит у романтиков. У писателей-классицистов очень слабо выра­жен критический дух. Классицисты не изображали бой, а прославляли полководцев. В поэзии классицизма в целом очень мало го­ворилось о человеке — главном и единственном герое описываемых грандиозных событии. Ничего не писали о его переживаниях и чувствах, не изображалась бытовая сторона войны. Это отношение к человеку соответствовало господствовавшей в XVIII в. военной теории, автором которой был прусский король Фридрих II. Его армия носила ярко выраженный сословный характер и была типич­ным продуктом абсолютизма: в ней господствовала иерархия, офи­церы набирались исключительно из дворян, солдаты — из крестьян и иностранцев. В результате палочной муштры солдаты превра­щались в «механизм, артикулом предусмотренный». В живописи в эту эпоху распространился условно-аллегорический тип батальной картины, монарх или полководец изображался крупным планом на фоне битвы либо симметрично расположенного войска .

На литературе XVIII в., и в частности на произведениях классицистов, несмотря на особенности их стиля, воспитывалось не­сколько поколений русских людей. Эти произведения учили ге­роизму, презрению к смерти, рыцарскому отношению к долгу. Они глубоко западали в душу, их вспоминали даже на поле боя.


Литература

1.     Батюшков К. Н Сочинения./ К. Н. Батюшков- М., 1935, стр. 263.

2.     В. Западов. Неизвестный Державин. М, 1958, № 1,

3.     Г. Н. Поспелов, Проблемы исторического развития литературы. М., «Просвещение», 1972, стр. 66.

4.     Г. П. Макогоненко. Пути литературы века. //Русская лите­ратура XVIII века/ Макогоненко. Л., «Просвещение», 1970, стр. 11.

5.     Г. П. М а к о г о не н к о. Пути литературы века. В кв. «Русская лите­ратура XVIII века». Л., «Просвещение.), 1970, стр. 31..

6.     Державин //История русской литературы.. – М.,1947.-Т. XVIII, -с.126

7.     Кузьмин А.И. Героическая тема в русской литературе./ А. И.Кузьмин - М., 1974, с.304

8.     Л. В. Пумпянский. Очерки по литературе первой половины XVIII в. В сб. «XVIII век», т. I. М. Л., Изд-во АН СССР, 1935, стр. 114— ' 118,

9.     М. В. Ломоносов. Полн. собр. соч., т. VIII. М.—Л., Изд-во АН СССР, 1959, стр. 186

10.   Моисеева Г. Н.. Ломоносов и древнерусская литература../ Г. Н. Моисеева. - Л., «Наука», 1971, стр. 9.

11.   Русская литература XVIII века.- Л., 1937, стр.169


Информация о работе «Героическая тема в литературе русского классицизма»
Раздел: Зарубежная литература
Количество знаков с пробелами: 78113
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
30722
0
0

... кровавы», а цари, которые следуют правде и содержат свой парод в покое[4,67]. Перевод этой оды явился одним из наиболее ярких поэтических созданий Ломоносова. Глава 2. Образ А.В. Суворова в творчестве Державина как героического полководца Во второй половине XVIII в. Россия прославила себя громкими военными победами. Среди них особенно примечательны покорение турецкого флота в Чесменской бухте, ...

Скачать
34123
0
1

... могут послужить основой для продолжения моих исследования в 10 и 11 классах. Во-первых, временные рамки можно изменить с первой половины XIX века до первой половины XX века, например, романтический период в творчестве М.Горького и А.Грина. Во-вторых, романтизм в литературе и живописи Западной Европы может послужить темой моей дальнейшей работы. Я еще не определилась до конца с выбором, но в ...

Скачать
36814
0
0

... престол Елизаветы Петровны (1747) он написал:   Науки юношей питают, Отраду старым подают, В счастливой жизни украшают, В несчастной случай берегут. Классицизм знаменовал собой важный этап в развитии русской литературы. В пору утверждения этого литературного направления была решена историческая задача преобразования стихосложения. Тогда же положено прочное начало формирования русского ...

Скачать
39340
0
0

... вставляются слова автора., также Кантемир вводит приём опредмечивания героя. Настоящая слава пришла к Кантемиру после смерти,  Кантемир 1 писатель, завершивший силлабическую традицию. Билет 10. Творчество Тредиаковского.1703-1769гг. В русской литературе 18 в одна из самых ярких личностей, его часто называют русским самородком, судьба его необычайна, он поднялся из самых низов, родился в ...

0 комментариев


Наверх