3. Учение Канта о Государстве

"Государство (civitas), – пишет Кант, – это объединение множества людей, подчиненных правовым законам. Поскольку эти законы необходимы как априорные законы, то есть как законы, сами собой вытекающие из понятий внешнего права вообще (а не как законы статутарные), форма государства есть форма государства вообще, то есть государство в идее, такое, каким оно должно быть в соответствии с чистыми принципами права, причем идея эта служит путеводной нитью (norma) для любого действительного объединения в общность (следовательно, во внутреннем)".[38]

Кант представляет государство как соединение множества людей под властью правового закона. Наилучшим государством он считает республику как правовой союз (а не как форму правления). Он ведет речь о правовом государстве как о республике в духе еще цицероновской традиции. Главная задача государства, где суверенитет принадлежит народу, заключается, по Канту, в том, чтобы охранять и гарантировать права и свободы граждан.

Идею народного суверенитета Кант выводит из договорной теории происхождения государства. Государство, по Канту, создается через общественный договор. Главное условие общественного договора состоит в том, чтобы властные органы государства никогда не заставляли бы человека быть ведомым, не заставляли бы его делать так, как хочет эта организация исполнения принуждения. Государство никогда не должно опекать граждан, так как все люди обладают автономной волей, не должно способствовать развитию у граждан иждивенческих настроений. Кант категорически против патриархального и патерналистского государства. Там, где есть подобные настроения, нет права. Мыслитель утверждает, что это – самая ужасная деспотия.

Кант различает гражданское общество и государство. Исследуя причины возникновения гражданского общества, философ приходит к следующему выводу: в естественном состоянии каждый индивид не в состоянии обеспечить в полной мере свои права, ибо по природе люди все разные. И первое, что "человек обязан решить, если он не хочет отречься от всех правовых понятий, – это следующее основоположение: надо выйти из естественного состояния, в котором каждый поступает по собственному разумению, и объединиться со всеми остальными (а он не может избежать взаимодействия с ними), с тем чтобы подчиниться внешнему опирающемуся на публичное право принуждению, то есть вступить в состояние, в котором каждому будет по закону определено и достаточно сильной властью ( не его собственной, а внешней) предоставлено то, что должно быть признано своим, то есть он прежде всего должен вступить в гражданское состояние".[39]

Государство, утверждает Кант, должно строиться на основе взаимной ответственности личности и государства. Государство и гражданин – равные субъекты права. Деятельность государства основана на правовых законах, а эти законы, в свою очередь, должны соответствовать правовым принципам, суть которых составляют естественные права человека. Кант выделяет права и свободы граждан как членов государства: "Объединенные для законодательства члены такого общества (societas civilis), т.е.государства, называются гражданами, а неотъемлемые от их сущности (как таковой) правовые атрибуты суть: основанная на законе свобода каждого не повиноваться иному закону, кроме того, на который он дал свое согласие; гражданское равенство – признавать стоящим выше себя только того в составе народа, на кого он имеет моральную способность налагать такие же правовые обязанности, какие этот может налагать на него; в-третьих, атрибут гражданской самостоятельности – быть обязанным своим существованием и содержанием не произволу кого-то другого в составе народа, а своим собственным правам и силам как член общности, следовательно, в правовых делах гражданская личность не должна быть представлена никем другим".[40] Кант в числе других гражданских прав выделяет и избирательное право.

Для более совершенной организации государственной власти в целях установления общего блага и защиты прав личности Кант предлагает установить принцип разделения властей: "В каждом государстве существует три власти, то есть всеобщим образом объединенная воля в трех лицах (trias politica): верховная власть (суверенитет) в лице законодателя, исполнительная власть в лице правителя (правящего согласно закону) и судебная власть (присуждающая каждому свое согласно закону) в лице судьи".[41] Но верховенство законодательной власти не означает, что она может поступиться принципами права. "Законодательная власть может принадлежать только объединенной воле народа. В самом деле, так как всякое право должно исходить от нее, она непременно должна быть не в состоянии поступить с кем-либо не по праву".[42] Значит, правовые акты, издаваемые законодательной властью, должны соответствовать правовым принципам: свободе, равенству и справедливости как неотъемлемо присущим личности атрибутам. В процессе создания законодательных актов человек "должен рассматриваться в государстве как участвующий в законодательстве не только как средство, но в то же время и как цель сама по себе".[43]

Кант утверждает, что "все три власти в государстве, во-первых, координированы между собой наподобие моральных лиц, т.е. одна дополняет другую для совершенства государственного устройства; но, во-вторых, они также и подчинены друг другу таким образом, что одна из них не может узурпировать функции другой, которой она помогает, а имеет свой собственный принцип, т.е. хотя она повелевает в качестве отдельного лица, однако при наличии воли вышестоящего лица; в-третьих, путем объединения тех и других функций они каждому подданному предоставляют его права".[44]

У Канта разделение властей представлено иначе, чем у Ш.Л. Монтескье. Если Монтескье разделение властей основывает на системе сдержек и противовесов, то Кант считает законодательную власть верховной; она создает исполнительную власть, а последняя назначает судей. Кант предусматривает и создание суда присяжных. В основе его теории разделения властей лежит принцип субординации и согласования.

Судебная власть, по Канту, осуществляет правосудие: "Судебное решение (приговор) есть единичный акт общественной справедливости, осуществляемый государственным должностным лицом (судьей или судом) в отношении подданного, т.е. лица, принадлежащего к народу, причем цель этого акта – присудить (предоставить) ему свое".[45] Таким образом, "суд обладает судейской властью применить закон для определения действия в исковом деле и через исполнительную власть каждому взыскать свое. Следовательно, только народ может творить суд над каждым в его составе, хотя и опосредствованно, через им самим избранных представителей (суд присяжных)".[46]

"Итак, – говорит Кант, – таковы три различные власти, благодаря которым государство обладает автономией, т.е. само себя создает и поддерживает в соответствии с законами свободы. – В объединении этих трех видов власти заключается благо государства; под благом государства подразумевается не благополучие граждан и их счастье – ведь счастье (как утверждает и Руссо) может в конце концов оказаться гораздо более приятным и желанным в естественном состоянии или даже при деспотическом правлении: под благом государства подразумевается высшая степень согласованности государственного устройства с правовыми принципами, стремиться к которой обязывает нас разум через некий категорический императив".[47] Отметим, что именно благополучие и счастье граждан – вот основная цель и стремление государства. А это достигается, по Канту, через правовую организацию государства с разделением властей.

Лучшей формой государства Кант считает республику (как правовой союз) с разделением властей, так как здесь сочетаются закон, свобода и принуждение. В анархии есть свобода, но нет закона и принуждения. В монархии есть закон и принуждение, но нет свободы. Однако формам государства Кант не придает особого значения. Главное, считает он, – это методы властвования, т.е. политический режим, а не форма правления. Говоря о политическом режиме, Кант уделяет внимание соотношению исполнительной и законодательной власти. Если они объединены в одном лице, то тогда наступит деспотия. Наилучшей формой государства (как формы правления) он считает конституционную монархию, т.е. монархию, опирающуюся на конституцию.

"Государственные формы, – отмечает Кант, – это всего лишь буква первоначального законодательства в гражданском состоянии, и они могут существовать до тех пор, пока они как принадлежность механизма государственного строя считаются по старой и длительной привычке (следовательно, лишь субъективно) необходимыми. Но дух первоначального договора налагает на устрояющую власть обязательство делать способ правления соответствующим идее первоначального договора и, если этого нельзя добиться сразу, постепенно и последовательно так изменять это правление, чтобы оно по своему действию согласовалось с единственно правомерным строем".[48]

В отношении изменения форм государства Кант пишет: "Все же суверен (народ. – М.А.) должен иметь возможность изменять существующее государственное устройство, если оно не согласуется с идеей первоначального договора, и при этом сохранять форму, необходимую для того, чтобы народ составлял государство".[49]


Заключение

Кант писал: "Две вещи наполняют душу всегда новым и все более сильным удивлением и благоговением, чем еще и продолжительнее мы размышляем о них, - это звездное небо надо мной и моральный закон во мне".[50]

Этическое и социально-политическое учение Канта представляет собой обоснование идеи правового строя, выдвинутой просветителями. Правовой строй, с точки зрения Канта, предполагает уничтожение всех форм личной зависимости, обеспечение личной свободы, равенство всех граждан в правах, т. е. ликвидацию всех привилегий. Человек, утверждал Кант, не должен рассматриваться как средство для другого человека; он всегда должен быть целью. Впрочем, этот принцип — человек есть цель для человека — Кант истолковывал лишь как идеал, сознавая тем самым, что уничтожение сословий, крепостничества, феодальной тирании не приведет к его осуществлению. С этой точки зрения необходимо рассматривать и провозглашенный Кантом идеал вечного мира. Однако следует подчеркнуть, что в условиях милитаристской Пруссии, которая представляла собой, по отзывам современников нечто вроде солдатской казармы, провозглашение скромным профессором королевского университета идеала вечного мира, несомненно, было интеллектуальным подвигом.

В 1842 г. Маркс в статье "Философский манифест исторической школы права" охарактеризовал философию Канта как немецкую теорию французской революции, противопоставив ее воззрениям реакционного романтика юриста Г. Гуго, представлявшим собой немецкую теорию французского ancien regime. Гуго, как и другие теоретики так называемой исторической школы права, стремился доказать, что общественные учреждения и порядки нельзя оценивать с точки зрения разума: они не находятся в каком бы то ни было необходимом отношении к разуму человека, который представляет собой субъективную человеческую способность, отнюдь не составляющую главной, определяющей черты человеческого индивида, основным отличительным признаком которого является-де его животная природа.

Примечательны исторические судьбы учения Канта. Он не только положил начало наиболее выдающемуся интеллектуальному движению своего времени — классической немецкой философии, но и оказал огромное влияние на все последующее развитие философии. В то время как Фихте и Гегель восприняли прогрессивные идеи учения Канта, другие философы второй половины XIX и первой половины XX в. возродили реакционные стороны этого учения. Лозунг "назад к Канту", провозглашенный в 60-х годах 19-го века неокантианцем О. Либманом, означал не только требование отказа от диалектики Гегеля, но и отречение от всех тех прогрессивных философских идей.

Не приходится доказывать, почему - то значительное и рациональное в постановке вопросов, что сделало Канта великим философом, стало совершенно неприемлемым для воинствующих идеологов. По-своему это хорошо понял Ф. Ницше, страстно ненавидевший Канта за его гуманизм. Ницше, который утверждал, что человек есть животное и должен им остаться, и притом наиболее хищным, обвинял Канта в том, что тот подрывает эту "естественную" основу человеческой жизни. Категорический императив Канта, заявлял Ницше, проистекает из "противоестественного инстинкта", из забвения элементарной истины, что сильный обязан подавлять, порабощать, уничтожать слабых. Именно поэтому Ницше писал, что "категорический императив Канта опасен для жизни..."[51]. В кантовском нравственном идеале Ницше узрел болезнь века, проявление психологии "больного животного", симптом декаданса.

Этика Иммануила Канта весьма злободневна для нас. Чтобы в этом убедиться, достаточно раскрыть его "Критику практического разума" на странице, где написано следующее: "Предположим, что кто-то утверждает о своей сладострастной склонности, будто она, если этому человеку встречается любимый предмет и подходящий случай для этого, совершенно непреодолима для него; но если бы поставить виселицу перед домом, где ему представляется этот случай, чтобы повесить его после удовлетворения его похоти, разве он и тогда не преодолел бы своей склонности? Не надо долго гадать, какой бы он дал ответ. Но спросите его, если бы его государь под угрозой немедленной казни через повешение заставил его дать ложное показание против честного человека, которого тот под вымышленными предлогами охотно погубил бы, считал бы он и тогда возможным, как бы ни была велика его любовь к жизни, преодолеть эту склонность? Сделал ли бы он это или нет, – этого он, быть может, сам не осмелился бы утверждать; но он должен согласиться, не раздумывая, что это для него возможно.”[52]

Как видим, Кант сопоставляет тут две житейские ситуации. В первой из них он имеет в виду именно обыденную похоть, как пример некоего удовольствия, могущего мотивировать поступки человека, а не возвышенную любовь, подобную той, которую испытывал Данте к Беатриче или Петрарка к Лауре. Что касается второй ситуации, то в годы репрессий тысячи людей не теоретически, а на практике стояли перед дилеммой: оговорить требуемое количество невинных людей с тем, чтобы получить эфемерную надежду остаться в живых, или же, несмотря на пытки не лжесвидетельствовать.

Но этика Канта не просто злободневна; она еще и возвышает наш дух: ведь Кант учит, что человек даже перед лицом смерти может устоять перед насилием. Кант мудр и знает, что это очень трудно: никто заранее не осмелится утверждать, что не сломается, не "расколется" под пыткой, что страх смерти не возьмет верх. И тем не менее, по Канту, каждый может преодолеть свою любовь к жизни и выдержать любое насилие.

Канта по праву называют философом свободы. Квинтэссенцией этики мыслителя является учение о том, что человек – существо не только природное, но и свободное. "Кант пролагает новые начала развития и определяет направление юридико-политической мысли XIX века"[53], — пишет П.И. Новгородцев.

В основе учения Канта о праве и государстве лежит постулат: поступай так, чтобы максима твоей воли могла бы быть в то же время принципом всеобщего законодательства. Кант утверждает, что каждое лицо обладает совершенным достоинством, абсолютной ценностью.

Главную цель учения о государстве и праве Кант видит в том, чтобы поднять, возвысить право из мерзости окружающего его бесправия. Он считает, что необходимо возвысить право над государством. А государство, по Канту, должно быть органом защиты прав личности. Личность может потребовать от государства того же, что и государство от личности. Здесь, как мы видим, Кант развивает идею взаимной ответственности государства и личности. Он обосновывает и раскрывает сущность идеи правовой государственности в целях охраны индивидуальных прав личности.

Принцип приоритетности неотчуждаемых прав личности и положение о необходимости их законодательного закрепления (в юридическом законодательстве) вытекают из всей этико-правовой концепции Канта. Притом эти права служат как бы критерием легитимности всех юридических актов, вытекающих из воли законодателя.

Подытожив всё вышесказанное, обратимся к Основному закону РФ, его Конституции:

"Статья 1

1. Российская Федерация - Россия есть демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления…

Статья 2

Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства".[54]

Это ли не лучшее доказательство гениальности и величия Эммануила Канта.


Список литературы

1.   Нормативно-правовые акты

1.1      Конституция Российской Федерации: Сб. материалов. – М.: "Республика", 1993. 95 с.

2.   Книги

2.1      Кант И. Критика чистого разума. Сочинения в шести томах, М., 1964, т. 3.

2.2      Кант И. Основы метафизики нравственности. Сочинения в шести томах, М., 1965, т. 4. ч.1. С. 221-311.

2.3      Кант И. Об изначальном злом в человеческой природе. Сочинения в шести томах, М., 1965, т. 4. ч. 2. С. 5-59.

2.4      Кант И. Метафизика нравов в двух частях// Кант И. Критика практического разума. СПБ., 1995.

2.5      Амус В. Этика Канта./ Кант И. Сочинения в шести томах, М., 1965, т. 4. ч.1. С. 5-66.

2.6      История политических и правовых учений: Краткий учебный курс./ Под общ. Ред. Академика РАН, д.ю.н., проф. В.С.Нерсесянца. – М.: НОРМА, 2004. С.129-214.

3.   Научные статьи

3.1      Абдуллаев М. Учение Канта о праве и государстве.//Правоведение.-1998.-№3.-С.148-154.

3.2      Гусейнов А. Закон и поступок (Аристотель, И.Кант, М.М.Бахтин).// Сектор этики Института философии РАН. Этическая мысль. - Вып. 2. - М.: ИФ РАН. 2001.


[1] Г. Гейне, Собрание сочинений, т. 6, М., 1958, стр.97

[2] И. Кант, Сочинения в шести томах, М.,1964, т. 3, стр. 75

[3] И. Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 2, стр. 8

[4] И. Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 2, стр.20

[5] Там же.

[6] И. Кант, Сочинения в шести томах, М.,1964, т. 2, стр. 205

[7] И. Кант, Сочинения в шести томах, М.,1964, т. 2, стр. 206

[8] И. Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 223

[9] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1964, т. 3, стр. 182

[10] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 229

[11] Там же, стр. 229

[12] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 251

[13] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 255

[14] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 351

[15] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 275

[16] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 285-286

[17] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 411

[18] Там же, стр. 412

[19] Там же, стр. 408

[20] Ф. Шиллер, Собрание сочинений в восьми томах, А., М.-Л., 1937, т. 1, стр. 164

[21] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 413-414

[22] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 416

[23] П. Новгородцев, Кант и Гегель в их учениях о праве и государстве. Два типических построения в области философии права, М.. 1901, стр. 113

[24] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр. 285.

[25] Там же, стр. 286

[26] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр. 286

[27] Там же, стр. 287-288

[28] И. Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр.260

[29] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр.291-292

[30] Там же

[31] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр.306

[32] Там же, стр. 290

[33] Там же, стр. 310-311

[34] Там же, стр. 318

[35] Там же, стр. 329

[36] Там же, стр. 324

[37] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр. 351

[38] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр. 354

[39] Там же, стр. 353

[40] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр. 355

[41] Там же, стр. 353

[42] Там же.

[43] Там же, 382

[44] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр. 357

[45] Там же, стр. 357

[46] Там же.

[47] Там же, стр. 358-359

[48] И. Кант. Метафизика нравов в двух частях // Кант И. Критика практического разума. СПб., 1995. стр. 378

[49] Там же.

[50] Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 499

[51] Ф. Ницше, Происхождение трагедии. Об антихристе, М., стр. 280.

[52] И. Кант, Сочинения в шести томах, М.,1965, т. 4, ч. 1, стр. 446-447

[53] П. Новгородцев, История новой философии права (немецкие учёные XIX века), Лекции, М., 1898, стр. 18

[54] Конституция РФ, стр. 1


Информация о работе «Учение И. Канта о государстве и праве. Связь права и этики»
Раздел: Государство и право
Количество знаков с пробелами: 71117
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
38567
0
0

... в систематизированной форме обосновал политическую доктрину либерализма. Он считал либерализм учением, единственно соответствующим разуму, и подвел под него философско-этическую основу.   Заключение В учении И. Канта о государстве и праве ярко отражается преломление идей Великой французской революции. Показательны взгляды Канта на всемирную историю, которая тесно связана с его учением о ...

Скачать
36677
0
0

... народа в духе любви к отчизне и свободе. Вот почему он чрезвычайно высоко оценивает труд интеллигенции, ученых как истинных наставников нации, способных двинуть ее по пути прогресса. Историческая школа права В самом конце XVIII в. в Германии зародилось и в первой половине XIX в. сделалось весьма влиятельным в изучении права особое направление исследовательской мысли. В центр своих теоретико- ...

Скачать
80811
0
0

... Бенжамен Констан (1767–1830 гг.), которого некоторые исследователи считают духовным отцом либерализма написал в период между 1810-1820 гг. Затем он их собрал и свел в “Курс конституционной политики”, излагавшей в удобной систематической форме либеральное учение о государстве. Стержень политико-теоретической конструкций Констана - проблема индивидуальной свободы. Для европейца Нового времени, чью ...

Скачать
34628
0
0

... здесь понимается независимость моральных постулатов от внеморальных доводов и оснований.  Человек как онтологически двойственное существо, причастное к двум различным мирам – явлений и вещей в себе, - неизбежно приходил у Канта к этическому расщеплению самого себя и сферы своего поведения. Эмпирический индивид и трансцендентная личность не могут обладать одними и теми же мерками оценки, выбора и ...

0 комментариев


Наверх