Войти на сайт

или
Регистрация

Навигация


2.2 Проблемы классификации ФЕ

У исследователей фразеологического состава наблюдаются различия во взглядах на то, каков состав таких единиц в языке. Фразеология предлагает различные типы классификаций фразеологического состава языка в зависимости от свойств фразеологизмов и методов их исследования [Fleischer 1997: 110]. Наиболее известны классификации В.В. Виноградова, И.И. Чернышёвой, Е. Агриколы, Г.Л. Пермякова. Авторы по-разному определяют отнесённость к фразеологизмам различных групп словосочетаний и степень устойчивости словосочетаний. Так, например, Г.Л. Пермяков в состав фразеологизмов включает пословицы, поговорки, присловья, крылатые слова, афоризмы, а Е. Агрикола к фразеологизмам относит фразеологические сочетания, фразеологические единства и идиомы.

Неоднозначно толкование ФЕ и в западной лингвистике. Так, Теа Шиппан в книге «Лексикология современного немецкого языка» под фразеологизмом понимает «устойчивое единство, состоящее более чем из одного слова». Основная сфера фразеологического состава языка характеризуется у нее воспроизводимостью, устойчивостью, лексикализацией, идиоматичностью. Автор называет основные критерии фразеологичности и приводит их подробное описание: воспроизводимость (фразеологизмы являются относительно постоянными компонентами языковой системы, воспроизводимыми как единство, без новообразований); устойчивость (фразеологизмы представляют собой относительно языковую целостность, их видоизменение возможно лишь в незначительной степени); лексикализация (фразеологизмы, по сравнению со свободной синтагмой, образуют новое семантическое единство; конституенты фразеологизма могут терять свою самостоятельность частично, либо полностью); идиоматичность (значение фразеологизма не может быть истолковано по значению его конституентов) [Schippan 1992: 47].

В. Фляйшер также в качестве основных критериев фразеологичности выделяет лексикализацию и идиоматизацию, как, например, в словосочетаниях:

in Bausch und Bogen ‘целиком, все вместе, оптом’,

klipp und klar ‘коротко и ясно’,

für jmdn. durchs Feuer gehen ‘пойти за кого-либо в огонь и воду’.

Данные словосочетания воспринимаются только как фразеологические единства. Далее, во фразеологических оборотах, типа: mit Mann und Maus (untergehen) ‘(пойти ко дну) с живым и мертвым грузом’ невоможна замена одного из конституентов другим словом, как например: mit Frau und Maus, ohne Mann und Maus; т.к. значение данного фразеологизма “mit allen” не может быть истолковано из значений “Mann” или “Maus”.

Однако, как отмечает В. Фляйшер, не всем фразеологизмам присущи перечисленные признаки; некоторые фразеологизмы граничат со свободными словосочетаниями: Antwort geben ‘дать ответ’, Fragen stellen ‘поставить вопрос’. В. Фляйшер рассматривает фразеологизмы и с точки зрения синтаксиса. Они представляют собой:

а) непредикативные словосочетания, например:

zwischen Tür und Angel ‘второпях, в последнюю минуту (перед уходом)’,

 die Flinte ins Korn werfen ‘спасовать перед трудностями, сложить оружие’;

б) устойчивые предикативные конструкции, например:

Ihn sticht der Hafer ‘он с жиру бесится’;

в) устойчивые предложения, например:

Da beißt die Maus keinen Faden ab ‘тут уж ничего не поделаешь’ [Fleischer 1997: 30].

Интересно мнение относительно параметров для классификации ФЕ В.В. Виноградова. В исследованиях по фразеологии он предлагает классификацию фразеологических единиц по степени семантической слитности. Характеризуя особенности семантики фразеологических сращений и фразеологических единств, он проводит аналогию между фразеологическими единицами и словами в отношении мотивированности их значения [Виноградов 1977: 285]. Значение фразеологических сращений, по его мнению, независимо от их лексического состава, от значений их компонентов, условно и произвольно, как значение немотивированного слова. Он отмечает, что фразеологическое сращение представляет собой семантическую единицу, однородную со словом, лишённую внутренней формы. Автор отграничивает фразеологические единства от фразеологических сращений и отмечает, что в первых «целостное значение мотивировано». Восприятие мотивированности значения фразеологического единства опирается на осознание его лексического состава, а также на связь значения целого и значения составных частей выражения [Виноградов 1977: 121-137]

И.И.Чернышева разграничивает фразеологические единства, фразеологические выражения и фразеологические сочетания по характеру значения, возникающего в результате взаимодействия структуры, сочетаемости и семантического преобразования компонентного состава.

Фразелогические единства возникают на основе семантического переосмысления или сдвига переменных словосочетаний. Новое, фразеологическое значение создается не в результате изменения значения отдельных компонентов словосочетания, а изменением значения всего комплекса «как бы наложением на него свежего семантического или экспрессивного пласта» [Чернышева 1970: 39].

Во фразеологическом единстве поглощается и теряется индивидуальный смысл слов - компонентов. Они образуют неразложимое семантическое целое. Именно этому разряду фразеологии присуще семантическое единство или семантическая целостность. При всем этом, значение целого связано с пониманием «образного стержня фразы» [Чернышева 1970: 39], с ощутимостью переноса значения, что и составляет «внутреннюю форму», или образную мотивированность фразеологического единства. Например:

jmdm. den Kopf waschen ‘намыливать кому-либо шею/голову’,

keinen Finger krümmen ‘не ударить палец о палец’,

etw. auf Eis legen ‘заморозить, не давать ходу’,

Frűchte tragen ‘иметь хорошие результаты’.

Образная мотивированность фразеологического единства может с течением времени побледнеть и ослабеть до полной демотивации. Это, как правило, имеет место в тех случаях, когда фразеологическая единица образуется на переосмыслении таких переменных словосочетаний, которые являлись первоначально обозначениями конкретных обычаев народа и вышли с течением времени из употребления, например:

den Stab über jmdn. brechen ‘вынести приговор кому-либо’ (букв.: разломить над кем-либо палку),

bei jmdn. in der Kreide stehen ‘быть чьим-либо должником’ (букв: быть у кого-либо в мелу),

den Hut vor j-m ziehen ‘уважать кого-либо’ (букв.: снимать перед кем-либо шляпу).

Однако, демотивация фразеологического единства, как отмечает И.И. Чернышева, не влияет ни на его экспрессивность, ни на его функционально-стилистическую принадлежность.

Значение подобных единиц, образующееся на основе переосмысления переменного словосочетания, обладает абсолютной экспрессивностью, т.е. оно экспрессивно вне зависимости от контекста. Оно существует в связи с данным материальным составом фразеологизма также и в том случае, когда постепенно ослабевает и затемняется тот образный стержень, который служил основой мотивированности ФЕ. Следовательно, звуковой состав демотивированных фразеологических единств (идиом) воспринимается носителем речи как определенный словесный комплекс, который имеет традиционно закрепленное значение, экспрессивность и функционально-стилистическую принадлежность.

Термин «фразеологические единства», с точки зрения И.И. Чернышевой, наиболее точно передает структурно-семантическую специфику ФЕ этого типа: целостное значение (семантическое единство), возникающее на основе переосмысления всех компонентов словосочетания.

Образование целостного значения на основе семантического сдвига всего компонентного состава фразеологизма является общим признаком фразеологических единств. Синтаксическая структура этих фразеологизмов может иметь несколько разновидностей, среди которых особенно типичным является словосочетание.

Далее И.И. Чернышева рассматривает две разновидности фразеологических единств, которые имеют твердо фиксированные структурные особенности. Такими фразеологизмами являются (1) парные сочетания слов и (2) компаративные фразеологические единицы.

(1) Парные сочетания слов составляют значительный слой немецкой фразеологии и образуют поэтому ее специфическую особенность.

Парными сочетаниями слов называются фразеологизмы с целостным смыслом, возникающим в результате семантического преобразования сочинительных сочетаний, включающих два однородных слова (существительные, прилагательные, глаголы, наречия) и соединяемых при помощи союза und, реже – oder или weder…noch.

Смысловая целостность парных сочетаний обусловлена двумя причинами:

1.   единством образа в метафорических парных сочетаниях, например:

unter Dach und Fach bringen ‘устроить или закончить какое-либо дело’,

mit Haut und Haar ‘целиком, без остатка, с потрохами’,

von Berg und Tal ‘по горам по долам’,

mit Leib und Seele ‘душой и телом’;

2. отнесенностью к одному и тому же или близким понятиям (при синонимичных или тематически близких компонентах), например:

auf Art und Weise ‘таким образом’,

Grund und Boden ‘земля/земельное владение’,

или отнесенностью к родовому понятию более высокого порядка (при компонентах-антонимах), например:

Tag und Nacht ‘день и ночь’,

groß und klein ‘маленький и большой’,

arm und reich ‘бедный и богатый’.

Для парных сочетаний современного немецкого языка наиболее типичной структурой является сочетание субстантивных компонентов [Чернышева 1970: 41; ср.: Ольшанский 1965: 12]. Характерными морфологическими особенностями этих парных сочетаний является отсутствие артикля и опущение флексии. Артикль отсутствует у преобладающего большинства парных соединений и у всех парных повторов.

Опущение флексии у первого или обоих компонентов является следствием семантической целостности фразеологизма. Данная закономерность наблюдается также и у парных сцеплений, компонентами которых являются прилагательные, например:

ein klipp und klares Ja (а не ein klippes und klares Ja) ‘коротко и ясно, без обиняков’.

«Морфологическим следствием» семантической целостности парных сочетаний является также и своего рода выравнивание грамматического рода субстантивных компонентов в следующих случаях:

mit all ihrem Hab und Gut ‘со всем имуществом’,

für ihr ganzes Hab und Gut ‘ради благосостояния’.

Подобно копулятивным сложным существительным, парное сочетание принимает род последнего компонента-существительного das Gut, хотя первый компонент-существительное женского рода — die Habe.

Продуктивный характер парных ФЕ подтверждается наличием ряда продуктивных структурных типов. В пользу продуктивности данной группы фразеологии говорят такие явления, как активная фразеологическая деривация на основе парных сочетаний, параллельные образования в различных частях речи, наличие резерва переменно-устойчивых парных сочетаний, употребительность парных фразеологизмов в литературно-разговорной сфере общения, прессе и публицистике.

(2) Компаративными ФЕ называются устойчивые и воспроизводимые сочетания слов, фразеологическая специфика которых основывается на традиционном сравнении. Например:

jmdn. fliehen wie die Pest ‘бежать от кого-либо как от чумы’,

jah, plötzlich hochfahren wie von der Tarantel gestochen ‘вскочить как ужаленный’, букв.: ‘будто укушенный тарантулом’,

geschwätzig sein, schwatzen wie eine Elster ‘быть болтливой, трещать как сорока’,

in der Tasche sein ‘быть у кого-либо в руках’.

Структурно-семантическое своеобразие устойчивых сцеплений слов данного типа состоит в том, что характеристика свойства или действия происходит через сравнительную группу или сравнительное придаточное предложение, вводимое союзами wie или als. Сравнительная группа или придаточное предложение характеризует свойство или действие, состояние через сравнение er ist wie ein Stier означает «он силен (дик, опасен) как бык».

 Фразеологическими выражениями И.И. Чернышева называет единицы, которые по своей грамматической структуре являются предикативными сочетаниями слов и предложениями. По коммуникативной значимости здесь различают следующие разновидности:

1) Общеупотребительные пословицы:

Es ist nicht alles Gold, was glänzt ‘Hе все то золото, что блестит’,

Man soll Feste feiern, wie sie fallen ‘Празднуй, когда пришел праздник’;

2) Поговорки типа:

Da liegt der Hund begraben ‘Bот где собака зарыта’;

3) Устойчивые и воспроизводимые междометия и модальные выражения:

Du lieber Himmel! ‘Бог ты мой! Боже правый!’ (выражение ужаса или  удивления),

Du kriegst die Motten! ‘Tы с ума сошел!’ (выражение удивления, изумления),

Gott sei Dank! ‘Cлава Богу!’.

Некоторые из таких устойчивых междометий и модальных выражений имеют эллиптическую форму, например:

Ja, Kuchen! ‘как бы не так! этот номер не пройдет!’ (выражение отказа),

Verflucht und zugenäht! ‘черт возьми! черт подери!’ (проклятие).

Под фразеологическим сочетанием И.И. Чернышева понимает фразеологизмы, возникающие в результате единичного сцепления одного семантически преобразованного компонента. Для семантики подобных ФЕ характерна аналитичность и сохранение семантической отдельности компонентов. Фразеологические сочетания могут быть терминологического, а также нетерминологического характера:

die goldne Zahl ‘астрономическое вспомогательное число’,

das gelbe Fieber ‘тропическая болезнь’,

die silberne Hochzeit ‘25-летнее нахождение в браке’,

der schwarze Markt ‘тайный, запрещенный рынок’.

Число фразеологических сочетаний очень невелико, т.к. единичная сочетаемость одного из компонентов с переносным значением не является типичной в системе немецкой фразеологии. Как правило, переносное значение слова образует серийную сочетаемость со словами той или иной семантической группы. Ср. сочетаемость прилагательного blind (=безмерный, беспредельный): Haß, Zorn, Wut, Gier, Leidenschaft. Или сочетаемость того же прилагательного blind с другим переносным значением (=тусклый, мутный, непрозрачный): Fensterscheiben, Brillenglas, Spiegel, Politur.

Суммируя все вышесказанное, И.И. Чернышева приходит к следующим выводам:

Устойчивые сравнения, согласно их традиционному обозначению, или компаративные ФЕ, являются одной из групп фразеологии. Своеобразие, позволяющее выделить их среди других фразеологизмов, возникает в результате взаимодействия структурных и лексико-выразительных факторов. Структура компаративной единицы при наполнении ее социально отработанными, прочно укоренившимися в языковой практике лексическими единицами, позволяет создавать традиционные характеристики свойств (качеств), действий и состояния субъекта, лица или предмета. Структура компаративного фразеологизма и ее лексическая наполняемость создают условия для образования единиц с ярко выраженным оценочным характером. Этому способствует, помимо факторов, описанных выше, также и частая гиперболизация предмета, лежащего в основе сравнения.

Рассматривая разряды фразеологических выражений, И.И. Чернышева выделяет два основных свойства фразеологичности: наличие у них единичной сочетаемости компонентного состава и специфической разновидности семантического преобразования. Так, для пословиц характерен дидактический смысл, который выражается через переосмысление соответствующего образца, например:

Viele Köche verderben den Brei ‘y семи нянек дитя без глазу’,

Neue Besen kehren gut ‘новая метла чисто метет’.

Опираясь на классификацию И. Чернышёвой можно сказать, что к фразеологии относится словесное сочетание, обладающее той или иной степенью устойчивости.

III. Особенности фразеологии современного немецкого языка

 

3.1 “Живая идиома” как одна из особенностей фразеологии современного немецкого языка

Говоря о фразеологии, нельзя не сказать об идиоме. Идиома – это словосочетание, обнаруживающее в своём синтаксическом и семантическом строении специфические и неповторимые средства данного языка, это фразеологическое единство, которое эквивалентно слову и обыкновенно не поддающееся точному переводу на др. языки [Ахманова 1996: 45; Виноградов 1977: 125].

И.И. Чернышёва в своей классификации идиому как таковую не выделяет, а относит её к фразеологическим единствам. Но т.к. наша работа нацелена на выявление особенностей функционирования “живой” идиомы в молодёжной прессе, мы будем говорить об идиоме, а не о фразеологическом единстве. Идиоматические выражения являются одной из наиболее существенных черт разговорного языка, их употребление может рассматриваться как неотъемлемая характеристика живой, спонтанной речи.

Большинство идиом, как и другие образно-метафорические еденицы лексикона, относительно редко обладают абсолютными эквивалентами в других языках, что объясняется не столько их национально-культурным своеобразием, сколько несовпадением техники вторичной номинации [Добровольский 1997: 37].

Следствием такого несовпадения оказываются либо различия в образной составляющей плана содержания близкого по значению идиом, либо несовпадение актуального значения при близости внутренней формы. Так, значение немецкой идиомы das kannst du vergessen (буквально: можешь забыть об этом), выражает скепсис говорящего по поводу предположения, высказанного партнёром по коммуникации, наиболее удачно передаётся на русский язык идиомой “дохлый номер”, которая, несомненно, отличается по образной составляющей.

С другой стороны, столь близкие и по внутренней форме и по компонентному составу идиомы, как русское ‘поставить на карту что-либо’ и немецкое etw. aufs Spiel setzen (буквально: поставить на кон что-л.) не идентичны по своему актуальному значению. Анализ особенностей употребления этих идиом показывает, что русская идиома может употребляться только в контекстах, в которых речь идёт не просто о риске, а риске с надеждой на определенный выигрыш. Значение немецкой идиомы не содержит этого признака, поэтому данные выражения эквивалентны лишь в контекстах нейтрализации. По этой причине, в частности, нельзя использовать идиому “ поставить на карту ” при переводе следующего немецкого предложения: Rettungsschwimmer setzen ständig ihr Leben aufs Spiel. В качестве приемлемого перевода можно предложить: Работники спасательной станции постоянно подвергают свою жизнь опасности.

В повседневной речи стандартным явлением представляется высокая клишированность и эмоциональная насыщенность высказывания. Но не любая идиома, звучащая естественно и уместно в устах носителя языка, пригодна для её активного использования иностранцем. Между тем, выделение наиболее употребительных, присутствующих в языковом сознании среднего носителя языка идиом является серьёзной теоретической задачей. Именно таким идиомам Д.О. Добровольский даёт понятие “живая идиома” [Добровольский 1997: 134].

Употребление “ живой идиомы” придаёт живость и образность речи. Это ценят журналисты, которые охотно обращаются к ним в своих фельетонах и очерках.

Одна из основных сложностей при попытках определения границ множества употребительных (или “ живых”) идиом заключается в том, что понятие употребительности не универсально для всех носителей языка, а зависит, по крайней мере, от временных, локальных, социальных, ситуативных, личностных факторов и фактора пола. Этот вопрос представляет собой большой интерес, поэтому мы его рассмотрим подробно в следующей главе.

 


Информация о работе «Устойчивые словесные комплексы в (немецком) публицистическом тексте»
Раздел: Иностранный язык
Количество знаков с пробелами: 77933
Количество таблиц: 1
Количество изображений: 0

Похожие работы

Скачать
89158
0
0

... Имея классификацию И. Чернышевой можно сказать, что фразеологии принадлежит словесное объединение, которое имеет той или другой степенью устойчивости. Глава 2. Фразеология немецкого языка в лексикографическом аспекте 2.1 Проблема отнесенности к фразеологическому фонду сочетаний не фразеологического типа Пути, которыми идет лексикография, во многом определяются характером и уровнем общей ...

Скачать
124677
1
0

... Одна многозначная ФЕ, в зависимости от фразеосем, может входить сразу в несколько ФСГ. При переводе таких ФЕ необходимо учитывать контекст.Заключение Сопоставительный анализ ФЕ с компонентом "Mund"/"рот" в немецком и русском языках выявил их значительное сходство на семантическом уровне. Несмотря на различный строй языков, а следовательно, и различные способы выражения синтаксических отношений ...

Скачать
386998
1
3

... Хахалова 1998: 106). Критерий функциональной транспозиции позволяет выделить среди метафор-словосочетаний субстантивные, адъективные и глагольно-именные словосочетания, встречающиеся в электронных текстах научной публицистики обоих языков. Субстантивные метафоры-словосочетания могут быть двух разновидностей. В число одной из них входят метафорические генитивные и аналогичные им словосочетания с ...

Скачать
127719
3
0

... Но свойства фразеологизмов проявляют лишь устойчивые сочетания нескольких слов. Именно их мы и рассмотрим в следующей главе. Глава II.Новозаветные по происхождению фразеологизмы как элемент фразеологической системы русского языка Как уже было отмечено, в современном русском языке известно более двухсот устойчивых выражений, так или иначе связанных с текстом Библии. Особенно много фразеологизмов ...

0 комментариев


Наверх