Войти на сайт

или
Регистрация

Навигация


Понятие «Языковой политики» и его соотнесенность с Японским языком

39402
знака
2
таблицы
0
изображений

Понятие «Языковой политики» и его соотнесенность с Японским языком

Непосредственно перед основной частью дипломной работы стоит дать определение самого термина «языковой политики» в целом, безотносительно к тем или иным языковым реалиям отдельно взятого государства (в нашем случае – Японии).

Языковая политика являет собой совокупность мер, предпринимаемых государством и направленных, главным образом, либо на сохранение формально-языковых норм, имеющихся в рамках данного языка, либо на их изменение с целью поддержания условий для более удобного пользования средствами этого языка.

Языковая политика может быть двух видов:

· Перспективная – языковая политика, нацеленная на изменение существующих языковых норм (в западном языкознании широко распространен термин «языковое планирование»).

· Ретроспективная – языковая политика, при которой государство в целом удовлетворено положением языка или препятствует установлению новых языковых норм.

Отдельным, особо трудным случаем считается тот случай, когда языковая политика направлена на изменение в целом языковой ситуации в государстве, т.е. на изменение типов взаимодействия двух или более языков на территории одного государства.

В этом смысле японский язык кардинально отличается от других языков. Япония – этнически однородная страна и господство одного языка, японского, в ней более чем очевидно. Конечно, мы также не можем не говорить об английском языке и колоссальной роли, которую он играет в жизни японского общества, но проблемы и особенности языковой политики в области государственного языка, каким и является японский язык, являют собой более важный предмет исследования, как в целом, так и в рамках этой дипломной работы.

Японский язык изобилует множеством характерных особенностей, представляющих интерес, как для ученых-лингвистов, так и для неравнодушных к японской культуре людей вообще. Одной из таких специфичных особенностей можно назвать японское письмо. Смешанное по своему типу оно представляет собой сложную совокупность различных языковых явлений, слоговых азбук и китайской иероглифики. Безусловно, крайне важен анализ языковой политики в области письменности, направленной на унификацию и упорядочение элементов этой чрезвычайно сложной системы.

До второй мировой войны любые преобразования, касающиеся японской письменности и японского языка в целом, тормозились консервативными группами.

Переломным моментом в языковой политике в области японской письменности считается конец Второй Мировой войны и оккупация Японии американскими оккупационными войсками. Во второй половине двадцатого века американское правительство играло решающую роль практически во всех областях жизни японского общества, начиная с политико-экономических преобразований и заканчивая регламентацией культурной жизни Японии. Вопрос о реструктуризации системы японской письменности и унификации списка иероглифов встал в этом время особняком и проекты преобразований в этой области были составлены под инициативой не только Высшего Командования Объединенных Сил, но и ряда чисто японских организаций, как например Совета по делам национального языка.

Одновременно с проектами реформирования норм употребления иероглифики разрабатывались различные проекты, ставившие целью унификацию и слоговой азбуки – каны. Она, как и иероглифика, представляла собой сложную и запутанную систему с разнообразием вариантов записи тех или иных слогов, причем в большинстве случаев выбор этих вариантов был нефиксированным и зависел целиком и полностью от частных случаев употребления.

Таким образом, можно сказать, что в языковой политики в области японской письменности преобладали две тенденции:

1. Разработка и составление так называемых иероглифических списков, включающих в себя только те иероглифы, которые были одобрены к повсеместному употреблению на территории страны и включению в образовательный процесс в японских школах. Такими документами явились, главным образом, списки38278тоё: кандзихё:(в дальнейшем в работе Тоё Кандзи) и 88278дзё:ё: кандзихё: (в дальнейшем в работе Дзёё Кандзи). Помимо непосредственно списков иероглифов параллельно с ними составлялись и издавались дополнительные документы, содержащие информацию относительно норм употребления оных и кунных чтений иероглифов и особенностей их начертания.

2. Разработка и составление документов, призванных регулировать употребление слоговой азбуки,

Глава 1. Первый этап языковой политики Японии в области иероглифики. Список «Тоё Кандзи».

К вопросу об иероглифических преобразованиях Высшее Командование Объединенных Сил и японские организации по делам языка подошли со всей серьезностью и четким осознанием необходимости этих изменений. Можно сказать, что и самые обычные граждане Японии прямо или косвенно относящиеся к системе образования, не могли не замечать трудностей в методиках преподавания китайских иероглифов, учитывая их запутанность. Таким образом, повышение эффективности методик преподавания иероглифики явилось первоочередной целью реформ.

Первые движения в этой области начались с деятельности Совета по делам национального языка (далее в работе – Совет). На его заседании в ноябре 1945 г. министром образования, культуры и науки Маэда Тамон подчеркнул высокую степень важности и первоочередной характер преобразований в области языка и письменности в рамках «обшей реконструкции Японии». Вскоре после этого Высшее Командование потребовало от Министерства начала действий по ограничению количества используемых иероглифов до 1500. Одновременно с этим с целью тщательного изучения образовательной системы Японии и составления рекомендаций для американского правительства в Японию прибыла американская образовательная делегация. Впрочем, в конечном итоге конструктивных вердиктов и рекомендаций в своем доклад делегация не внесла, а основной темой, которой ее члены касались, была активная романизация японской письменности.

В ходе последующих заседаний Совета в первом квартале 1946 г. обсуждался предложенный список из 1295 иероглифов, который бал составлен членами специальной комиссии Совета еще заранее. Но большинство участников заседаний посчитали этот список малоэффективным и ограниченным для общего употребления. Стоит отметить тот факт, что в дискуссиях касательно отбора иероглифов для будущих списков и вопросов письменности в целом принимали участие также и деятели культуры, главным образом, писатели, такие как Ямамото Юдзо и др. Мы можем только гадать о степени влияния таких людей в обсуждении проектов, но свою лепту они точно внесли и результатом этих обсуждений явился проект списка Тоё Кандзи, включавшего в себя 1885 иероглифов. В их отборе участвовали как правительственные организация, так и организации по делам языка и редакции наиболее значимых японских газет.

Список был одобрен Советом на пленарном заседании 5 ноября и 16 ноября уже был официально опубликован Министерством. Преамбула списка Тоё Кандзи включается в себя следующие пять пунктов:

1. Данная таблица включает иероглифы, употребляемые в законодательстве, официальных документах, газетах, журналах и прочих общественных сферах.

2. Цель этой таблицы - разумное ограничение иероглифов, используемых в современной жизни японцев.

3. Что касается имен собственных, то поскольку среди них много таких, которые определены законодательством (и пр. нормами), то было решено исключить их из рассмотрения.

4. Что касается упрощенных форм написания иероглифов, за основной вариант были выбраны такие формы, которые в настоящее время широкоупотребимы, а исходные формы приведены ниже для справки.

5. Вопрос о шрифте и упорядочивании онных и кунных чтений находится в процессе обсуждения

Сразу после опубликования Тоё Кандзи школьные материалы, газетные издания и прочая печатная продукция стали использовать иероглифику исключительно, включенную в список.

Проблема на этом, однако, полностью себя не исчерпала: несмотря на то, что количество иероглифов было значительно сокращен, было решено, что хотя бы удовлетворительно обучить школьников писать и читать эти иероглифы в течение 9 лет невозможно. Результатом дискуссий по этому вопросу явилось опубликование дополнительного списка 382758– тоё: кандзи бэппё (в дальнейшем в работе Тоё Кандзи Бэппё), вобравшего в себя 881 символ, подлежащих изучению в первых шести классах обязательного образования.

Безусловно, Тоё Кандзи на первых порах явился спасительным документом, так как помог существенно сократить число иероглифов, надлежащих к употреблению. Тем не менее, вопрос непосредственного сокращения этого числа являлся не единственной проблемой, оставались и другие области, в которых требовались упорядочения и поправки. Такими являлись сферы использования онных и кунных чтений иероглифов, а также вопросы самого начертания иероглифов и их форм. Эти две области также создавали трудности не меньше чем количество иероглифов и их хаотичность.

До определенного времени в ходу оставались даже самые нераспространенные и малоизвестные чтения иероглифов, при условии, что сами иероглифы с этим чтениями были включены в список. В связи с этим двумя годами позже в январе 1948г. силами Совета был составлен и опубликован 3827338тоё: кандзи онкунхё«Список оных и кунных чтений иероглифов Тоё Кандзи». Преамбула этого списка состоит из четырех пунктов:

1. В данной таблице упорядочены онные и кунные чтения иероглифов, входящих в таблицу Тоё Кандзи.

2. Что касается онных чтений иероглифов, в таблице представлены наиболее употребляемые в жизни японцев, несмотря на различия их китайского чтения, а также чтений Тан и Ву.

3. Кунные чтения в данной таблице также представлены наиболее употребляемыми в настоящее момент, однако случаи совпадения кунного чтения у разных иероглифов тщательно регулируются.

4. Онные чтения в таблице записываются катаканой, кунные чтения – хираганой.

5. Онные чтения иероглифов, не имеющих кунного чтения, подчеркнуты

Со вступлением этого документа в силу большое количество устаревших и книжных чтений переставали быть одобренными и выходили из употребления (напр. тагуи; сорт, вид для иероглифаE или ноттору; следовать быть основанным на чем-л для иероглифа 7).

Что касается вопроса о начертаниях иероглифов, то тут требовались более тщательные и серьезные преобразования. Оставалось большое число иероглифов, обладавшими разными начертаниями печатных и рукописных форм. Помимо этого по отношению ко многим иероглифам допускались различные взаимозаменяемые способы начертания. Например: 9— D—8 дзё; дзёсуру; излагать; D—6хо:, такара; сокровище.

В 1947 г. Советом учрежден специальный комитет по печатным формам иероглифов (B77346B29B40A). Целью, поставленной перед комитетом и ее участниками было значительная ликвидация неудобств и затруднений в образовании и полиграфической промышленности, вызванных начертанием форм иероглифов.

На первых порах деятельность комитета была направлена на стандартизацию печатных форм иероглифов, но с течением времени большим приоритетом возобладали проекты по сокращению расхождения печатных форм и их рукописных вариантов в целом. Результатом работы комитета стал документ 3827738тоё: кандзи дзитайхё:«Список форм начертания иероглифов в настоящем употреблении». Он был представлен Советом на рассмотрение Министерству в 1948 г. и опубликован в 1949 г. Список включал в себя так называемые синдзитай (073) – новые, упрощенные формы иероглифов и кю:дзитай (773) – старые формы начертания этих иероглифов. С целью наглядно показать внешний вид этого документа внизу представлен пример списка Тоё Кандзи Дзитайхё:

773

073

3DF

3DF

3

8

6

CF

EA(6)

учиться

B

D

3F

FB

страна

3

3

36

2D(4)

Широкий

C

2

B3

BD

Застава, иметь отношение.

Чтобы подробнее разобраться в характере языковых преобразований в области начертаний и форм следует обратиться к трем основным методам упрощения форм иероглифа, на которых и основывался список Тоё Кандзи Дзитайхё:

1. Унификация форм иероглифов. При этом методе осуществляется обычный выбор в пользу оптимального начертания иероглифа, имеющего несколько его вариаций. Напр.: иероглиф 2 сэ й, аой; голубой имел печатную форму1, но писался как2и таким образом письменная форма стала стандартом. Также, из всех вариантов начертания иероглифа «остров» - 6, C, B в качестве основного, стандартного начертания было взято первое.

2. Замена символа, характеризующего он. В иероглифеD и, какому онB, читающийся, как и, заменен наө5, который также читается, как и.

3. Исключение из символа сложных частей. Большое число упрощенных форм иероглифов получилось в результате исключения из кю:дзитай сложных компонентов. Напр.: 9 →Cо:дзиру; отвечать; D→8гэй; искусство.

Таким образом, система «синдзитай» была воспринята с одобрением и вообще оказалась удобной как и в образовательной, так и в печатной сферах. Тем не менее, несмотря на проведенные преобразования, оставалась нетронутой еще одна область употребления иероглифики и вопросы, касавшиеся её, требовали регулировок. Речь идет об иероглифах для записей имен собственных. До реформ письменности родители были вправе выбирать практически любой иероглиф для записи имен своих детей, но с декабря 1947 г. количество иероглифов было существенно ограничена списком Тоё Кандзи и единственной альтернативой стала запись имен каной. Этот факт порождал ощутимые трудности в жизни людей и учитывая это, Совет не мог не пойти на своего рода уступки и в мае 1951 г. предложил ввести вдобавок к Тоё Кандзи еще 92 символа, предназначавшихся для записи имён. Результатом в скором времени явилось опубликование еще одного дополнительного документа AD82758 дзиммэйё: кандзи бэппё: «отдельный список иероглифов для записи имён».

Вопреки всем тщательным регулировкам в этой области, японские имена и географические наименования продолжали записываться в соответствии с их традиционными написаниями. Для их записи, а также для записи другим имен собственных (названия компаний и т.д.) использовалось множество иероглифов, которые либо чрезвычайно редко употреблялись, либо употреблялись только в связи с этими определенными именами. Такой статус-кво, несомненно, представлял собой препятствие всему упрощению иероглифической системы и являлся причиной того, что даже после реформ 40-х годов и дальнейших преобразований количество китайских иероглифов, используемых в газетах и журналах, никогда не было меньше 3200.

Глава 2. Второй этап языковой политики в области иероглифики. Список «Дзёё Кандзи» и предпосылки к его составлению.

Вплоть до семидесятых годов двадцатого века статус-кво системы письменности японского языка был предопределен преобразованиями прошлых лет, приведших к составлению списка Тоё Кандзи и дополнительных документов. Благодаря этим документам эта система была значительно упорядочена и упрощена. Казалось бы, этим языковые преобразования могли бы и ограничиться, если бы не оправданные своей природой характер языка, его динамичность и обогащение. Плюс ко всему и сами организации, претворявшие в жизнь замыслы по реструктуризации письменности, наученные опытом этих реформ, намеревались усовершенствовать свои результаты в этой области.

В 1972 году был снова поднят вопрос о списке Тоё Кандзи. Специалисты посчитали его ограниченным для общего употребления и не соответствующим языковым реалиям страны на текущий момент. Советом и рядом комитетов в его структуре была пересмотрена стратегия политики в отношении письменности и иероглифов в частности. На этот раз требования к новому списку были скорее направлены на его справедливое и безошибочное отражение языковых реалий, тенденций употребления иероглифики и их особенностей. Отобранные для будущего списка иероглифы по-прежнему должны были употребляться в повседневной жизни общества, в официальных документах, теле- и радиовещании и т.д., но отбор этих символов не должен был опираться на языковые особенности, проявляющиеся в профессиональных сферах, будь то: научные и/или технологическое области и искусство. Современное японское письмо и современный японский язык определялись как основная область применения будущего списка.

Комитет, на который было возложена задача составления нового списка, был учрежден Советом в 1974 г. Целью, поставленной комитетом, было следовать уже сформулированному и обозначенному курсу в отношении иероглифики: обращаться и ссылаться на как можно большее количество существенных материалов и данных (результаты исследований в области частоты употребления иероглифов в периодике, критерии отбора символов в рамках предшествующих документов и т.д. и т.п.). Члены комитета, к слову, сошлись на том мнении, что сам список Тоё Кандзи существенного влияния на составление нового документа не окажет, но в свою очередь сможет послужить ценным и важным источником, будучи вполне себе удачным результатом преобразований на первом, послевоенном этапе.

На подготовительном этапе комитет для более четкой работы обозначил для себя ряд основных пунктов, по которым должен был осуществляться отбор иероглифов для нового списка:

· Частота использования

· Функция

· Вопрос об иероглифах для имен собственных и обращении с ними.

· Необходимость в типологической классификации иероглифов главным образом за счет выделения семантических областей, к которым они принадлежат (человеческое тело, животный мир, флора и т.д.)

· Часть речи, представленные конкретным иероглифом.

· Определенные лексические особенности конкретного иероглифа (иероглиф, включенный в состав слова китайского происхождения – канго; иероглифы для записи односложных слов японского происхождения – ваго; иероглифы для записи иностранных заимствований и пр.)

· Структура иероглифа или иными словами степень его сложности.

Работа над составлением нового списка началась уже в конце 1976 г. и уже в январе следующего года на рассмотрение министерству был представлен 027868 синкандзихё: сиан «черновой вариант нового списка кандзи» (в дальнейшем в работе Синкандзихё Сиан), состоящий из 1900 символов. По сравнению с Тоё Кандзи, в список были включены 83 новых иероглифа и 33 малоиспользуемых символа были исключены.

Сразу после обнародования документа, по инициативе Агентства по делам культуры было решено провести опрос общественного мнения касательно нового документа. С этой целью в 1977 г. было проведены специальные конференции для обсуждения списка в пяти центрах – Токио, Сэндай, Осака, Хиросима, Фукуока. Анализ результатов опроса позволил сделать вывод, что в целом население Японии отнеслось к списку с абсолютным одобрением, различия во мнениях касались лишь некоторых условностей и мелких деталей. Основываясь на результатах исследований и опроса общественного мнения, Совет наметил следующую стратегию в отношении составления окончательного варианта нового списка иероглифов:

· Большее внимание должно быть уделено мнению граждан на основе проведенных опросов, частичное внимание должно быть уделено мнениям, касающимся законов, постановлений, официальных документов, газет.

· Иероглифы, не включенные в черновой вариант нового списка, должны быть сохранены, при условии, что они до настоящего времени широко использовались в законодательстве, официальных постановлениях и документах, периодической печати.

· Определенный иероглиф не будет включен в список без действительной на то причины.

· Напротив, ни один иероглиф не будет исключен из списка без действительной на то причины.

На основе всех этих пунктов в марте 1979 г. был составлен 882788 дзёё: кандзихё:ан«Предложенный список иероглифов для общего пользования» (в дальнейшем в работе Дзёё Кандзихёан). По своей сути данный документ был похож на «Синкандзихё Сиан», предложенный двумя годами ранее, но все же обладал некоторым отличиями. Первым и наиболее заметным из них было, непосредственно, количество иероглифов. В отличие от «Синкандзихё Сиан», вобравшего в себя всего 1900 знаков «Дзёё Кандзихёан» содержал в себе все 1900 с добавлением еще новых двадцати шести. Еще одним отличием нового документа послужило наличие в нем раздела под названием «Пояснения касательно форм начертания иероглифов», включавшего в себя все варианты различий форм одних и тех же иероглифов. Также в этом разделе были приведены примеры отличий формы иероглифа по образцу Мин и его рукописного эквивалента.

В случае со списком «Тоё Кандзи» иероглифы, подлежавшие изучению в течении первых шести лет начального образования, были выделены в «Тоё Кандзи Бэппё» - отдельный список из 881 символов. Что же касается нового документа, то было решено, что сразу после вступления его в силу «Тоё Кандзи Бэппё» должен выйти из употребления, а вопрос о внедрении нового списка в систему образования должен стать предметом совершенного отдельного, тщательного рассмотрения. Также отдельному рассмотрению должен был подлежать вопрос об использовании иероглифов для записи имен.

Изначально ожидалось, что новый список будет представлять из себя окончательный продукт исследований Совета по вопросу иероглифики, но ряд специалистов под руководством председателя Совета Фукусима Синтаро был сторонником дальнейшей проверки общественного мнения и в конечном итоге «Дзёё Кандзихёан» был представлен министру образования Наито Ёсабуро лишь в качестве промежуточного варианта.

Спустя месяц после обнародования списка «Дзёё Кандзихёан», был проведен очередной опрос общественного мнения. Аналогично с «Синкандзихё Сиан» в пяти городах (на этот раз Токио, Фукуока, Гифу, Окаяма, Сэндай) были созваны конференции, а копии предложенного списка были разосланы всем заинтересованным лицам и организациям. В обсуждениях также приняло участие беспрецедентное количество независимых организаций например «Ассоциация литераторов Японии» и «Клуб Знаков Каны». Как правило, именно между этими двумя сообществами и разгорались основные споры, касающиеся количества иероглифов и характера списка в целом. Кроме того, бОльшая часть опрошенных посчитала, что те иероглифы из «Тоё Кандзи», которые не были включены в «Дзёё Кандзихёан» должны быть восстановлены.

Надлежащим образом модифицированный новый список иероглифов «Дзёё Кандзи» или «Список иероглифов для общего употребления» был одобрен 23 марта 1981 г. на пленарном заседании Совета и представлен министру образования Танака Тацуо. Окончательное одобрение Кабинетом министров список получил 1 октября 1981 г.

Список Дзёё Кандзи состоял из преамбулы или пояснения к списку, непосредственно самого списка иероглифов (1945 символов) и заключительной части, в которой были указаны комбинации иероглифов, имеющих нестандартные кунные чтения.

Преамбула списка состояла из шести разделов. Во введении рассказывается о предпосылках перепроверки списка Тоё Кандзи. Второй раздел (детали составления списка Дзёё Кандзи) объясняет то, что в то время как список Тоё Кандзи и последующие промежуточные списки в целом способствовали упрощению системы письма, так или иначе оставались негативные аспекты, которые составляли почву для дальнейший преобразований. Ограниченность списка «Тоё Кандзи» подразумевала, что слова, записанные иероглифами, не включенными в список или имевшими чтения, не включенные в список «Тоё Кандзи Онкухё», должны были записываться каной или заменяться другими словами, что в конечном итоге приводило к неестественности письменной речи. Кроме того, список «Тоё Кандзи», так или иначе, включал в себя ряд редко используемых символов, в то время как многие другие часто используемые иероглифы в список включены не были. Именно по этой причине, в 1966 г. министр образования поручил Совету обдумать методы развития языковой политики в отношении системы письма. Совет начал работу, первым делом исследовав все документы, касающиеся употребления иероглифики, начиная с эпохи Мэйдзи, а позже его члены пришли к мысли о необходимости составления нового списка, который смог бы способствовать облегчению общения и взаимопонимания в жизни общества. Таким образом, первые два раздела повествуют целиком и полностью о предпосылках и истории составления списка.

Третий раздел преамбулы дает пояснения об особенностях применения списка и его статусе и по этой причине является особенно важным. Согласно ему:

1. Список Дзёё Кандзи включает в себя иероглифы, часто используемые в жизни общества, а именно: в законодательстве, официальных документах, газетах, журналах, теле- и радиовещании и т.д. Цель списка – предоставить руководство об использовании иероглифов во всех областях в легкодоступной форме.

2. Список Дзёё Кандзи должен использоваться в обычной, повседневной жизни общества, иероглифы в списке не предназначены для использования в профессиональных областях, будь-то: научные и технологические области, медицина, искусство.

3. «Использование иероглифов в обычной жизни» подразумевает использование иероглифов лицами, получившими образование и участвующими в жизни общества.

4. Ввиду того, что список ставит целью, как указывалось выше, предоставить руководство использования иероглифов в повседневной жизни общества, он не является по своей сути «ограничительным» и не требует строгой записи любого текста исключительно иероглифами из этого списка. В случае, когда тот или иной иероглиф является трудным для прочтения, возможно использование «фуриганы» - фонетических подсказок в видео маленьких знаков каны, напечатанных рядом с кандзи.

Четвертый раздел «Разные иероглифы; Онные и кунные чтения» представляет собой, как и следует из названия, руководство относительно оных и кунных чтений.

Различные иероглифы показаны в списке вместе с их онными и кунными чтениями. Отбор иероглифов и их чтений был определен исходя из того, как представлены слов и предложения на письме, на основе статуса-кво иероглифов, употребляемых в современном японском языке:

1. Иероглифы, имеющие высокую частотность употребления, включены в список

2. Иероглифы, которые исходя из точки зрения выражения самого понятия, трудны для понимания и которые являются в особенности необходимыми, включены в список, даже если они не обладают высокой частотностью употребления.

3. Иероглифы, используемые, главным образом, для записи имен собственных (топонимы, имена и пр.), и не встречающиеся в своем виде в других случаях, в список не включены.

4. Иероглифы, используемые для записи междометий, вспомогательных глаголов и частиц, в список не включены.

5. Иероглифы, используемые для записи местоимений, союзов и наречий, включены в список.

6. Разные иероглифы, имеющие одинаковые кунные чтения (07C3) по возможности избегаются, но выделяющиеся в употреблении иероглифы данного типа или иероглифы, часто употребляемые в соответствии со сложившейся языковой традицией, включены в список.

7. Иероглифы и их комбинации, смысл которых трудно передать и в которых учитываются, главным образом, их чтения (атэдзи), а также комбинации иероглифов, имеющие нестандартные кунные чтения (дзюкудзикун), включены в список, при том условии, что они часто и в течение долгого времени используются в соответствии со сложившейся языковой традицией.

Данное руководство касательно отбора иероглифов в Дзёё Кандзи, как мы видим, представлено в манере несколько отличной от той манеры, в которой представлено аналогичное руководство к списку «Тоё Кандзи». Наиболее заметное и общее отличие между ними заключается в том, что критерии отбора в «Дзёё Кандзи» сформулированы более общими терминами и касаются большего числа областей использования иероглифики. Это, несомненно, даёт свои преимущества: сравнительно небольшое количество исключений из критериев отбора иероглифов в «Дзёё Кандзи», в то время как в «Тоё Кандзи» пять из восьми критериев имеют при себе исключения (особенно в отношении отбора иероглифов со сложным начертанием).

Глава 3. Языковая политика в области употребления слоговых азбук (каны).

Одновременно с началом активной языковой политики в области иероглифики началась подготовка проектов, затрагивающих употребительные нормы и слоговых азбук. В довоенное время хирагана, подобно иероглифике, представляла собой громоздкую и запутанную систему, включавшую в себя множество вариантов записи тех или иных слогов, выбор которых, как правило, зависел от частных случаев их употребления.

Так 16 ноября 1946 г. Кабинетом был опубликован документ E3ED34 гэндай канадзукай (пер. «Современное использование канны»), который был одобрен ранее 21 сентября Советом. Преамбула данного текста, целиком и полностью посвященного новым правилам употребления и написания слоговой азбуки, в качестве основной сферы её употребления определяет современный язык и, главным образом, разговорный современный язык.

Новые нормы использования канны, правила которых основаны преимущественно на произношении в современном японском языке, послужили заменой громоздкой системе исторической канны, являвшейся на протяжении нескольких столетий стандартом и поддерживаемой в официальных документах эпохи Мэйдзи.

Нижеприведенные примеры нового использования слоговой азбуки вкратце демонстрируют области, в которых было достигнуто упрощение форм:

1. В системе прежней орфографии каны при написании, например, слога 856(ДЗЮ:) необходимо было помнить какое из написаний в частных случаях было подходящим: 86(дзи + у) (напр. 4 – «мягкий»), 85 (дзи + фу) (напр. 1 – «десять») или 156(тю:) (напр. D – «тяжелый»). Начиная с середины ноября 1946 года подобные написания, соответствующие исторической орфографии каны, стали выходить из употребления и объединились в один официально одобренный вариант, в нашем случае 856(дзю:).

2. При написании слога 36(ко:), выражающего как китайскую, так и исконно японскую морфему, пишущему нужно было решить, записывать ли его как B6(ка + у; напр. B6- «Так, таким образом»), FF6(ку + ва + у; напр. 3 – «широкий»), B5(ка + фу; напр. C– «мыс») или же 35 (ко + фу); напр. B – «Угроза, угрожать»). В результате языковой реформы и подобно предыдущему примеру все эти четыре варианта написания слога были объединены в один – 36(ко:).

Остальные изменения включают в себя употребление маленькой «3» для обозначения консонантного кластера (несколько идущих подряд согласных звуков) таких как: —KK— или –ТТ— и маленьких 735при написании таких слогов как 731D7115(ся, кё, тю соответственно). Все эти нововведения были призваны устранить неоднозначности в употреблении слоговой азбуки в тексте.

Ниже приведена таблица, которая демонстрирует унифицированные слоги в современном употреблении каны и альтернативных формы их записи в системе исторической орфографии каны. Также приведены частные примеры иероглифов, которые в довоенное время сохраняли старую форму.

Гэндай канадзукай

Прежняя кана

Пример

4 (и)

4

4400B

0

5B0030

2

D2A0

6 (у)

6

C0C0

5

750

8 (э)

8

D0

1

506055

8

60D038B

A (о)

A

507DB

2

7015

B

7D4

5

2CB

B (ка)

B

A0

FF

BӨB0FB0

C (га)

C

3306F

0F

B606D0

8 (дзи)

8

D1070

2

3034

2 (дзи)

2

E00

A (дзу)

A

A0

5

4

5 (дзу)

5

AF0

F (ва)

F

A0

F

5683F9

66 (ю:)

66

770

65

59

46

5F09

45

D188459

46 (ю:)

45

05

A6 (о:)

A6

0660C4073

26

DE

25

70

F6

160

F6

7F6

36 (ко:)

36

790

35

B8359

B6

B67657

B5

290A48F4B59

FF6

37

46 (го:)

46

7E

45

D0

C6

A7

C5

8C

0F6

F380F6A39

D6 (со:)

D6

70E1

56

56760

55

F1

E6 (дзо:)

E6

700

66

10

65

1E

86 (то:)

86

71

F6

00

F5

40

96 (до:)

96

9676050

06

203F0

05

F4

E6 (но:)

E6

D0260

E5

85

A6

3

A5

D5

B6 (хо:)

B6

9D0

B5

5A

F6

3E

F5

5B

C6 (бо:)

C6

F30

C5

35

06

CB0

05

7F

D6 (по:)

D6

C80

D5

C5

16

B9

15

B5

26 (мо:)

26

26040

E6

390

86 (ё:)

86

80

46

800AD

86

5C

85

59

D6 (ро:)

D6

C

D5

5FD5

96

AB0

95

97

D56 (кю:)

D66

EF0

D6

85012

D5

EA

E56 (гю:)

E6

B3

756 (сю:)

766

790

76

820E5

75

86

856 (дзю:)

866

360

86

4F

85

180

266

F5

156 (тю:)

166

87

16

790DC

B56 (ню:)

B66

38

B6

4C

B5

56

256 (хю:)

26

51826C9

356 (бю:)

36

4C84369

A56 (рю:)

A66

C

A6

9F

A5

AB

D76 (кё:)

D86

1A0

D46

4F0

16

920

15

A50510

E76 (гё:)

E86

D6

E46

A2

26

A1

25

D9

776 (сё:)

786

7C

746

300

B6

BEB60FC0

B5

49

876 (дзё:)

886

770

846

AB0

C6

2C8C6C49

246

8B

76

71

75

068417590D3

276 (дзё:)

246

60F8C3246139

76

0CF0

176 (тё:)

186

AD

146

AA0

66

DF0

65

68659

B76 (нё:)

B86

3F

D6

F

276 (хё:)

286

71

246

54

86

F5

376 (бё:)

346

57039

96

F9

476 (пё:)

486

070

446

65

A6

C8

F76 (мё:)

F46

E5

16

90

A76 (рё:)

A86

85

A46

8F

C6

960

C5

10

Современные нормы употребления слоговой азбуки, хоть и основаны на современном произношении в токийском диалекте, поныне сохраняют в себе ряд черт, отчасти присущих прежней орфографической системе. К таким специфическим чертам можно отнести использование слогов F(ха), 8(хэ) и 2(o) для обозначения грамматических частиц ва – атрибута тематического подлежащего, -э – показателя падежа направления и –о- показателя винительного падежа соответственно; использование 6(у) в качестве второго компонента при записи долгой гласной. Важно также отметить, что как список «Тоё Кандзи», так и «Гэндай канадзукаи» базировался на более раннем документе «Син Дзион Канадзукихё». Таким образом, можно сказать, что предыдущие проекты по реформированию письменной системы, хоть и были, в конечном итоге отклонены, тем не менее, обеспечили будущие преобразования 1946 г. и заложили для них основы.

В марте 1986 г. министру образования Кайбу Тосики был представлен на рассмотрение доклад Совета о пересмотре «Гэндай канадзукаи», что ознаменовало завершение второго этапа реформирования системы японской письменности. Доклад, получивший название 9AE3ED34 кайтэй гэндай канадзукаи «Пересмотренный Гэндай канадзукаи» по существу своему оказался более строгим и требовательным, чем его предшественник: правила использования каны от 1946 г. разрешали запись частиц ва и знаками F и 8соответственно, вместо почти универсальных0F и 8, но доклад от 1986 г. предложил устранение подобных альтернатив. Также в рамках нового документа устранялись и другие вариации, как то: использование слога A(о) в качестве основной альтернативы слогу 6(у) при записи долгой гласной /oo/ (Впрочем, несмотря на это, использование A при записи этой долгой гласной сохранялось в определенных случаях (напр. 3AAко:ри – лёд, 8A то: - десять).

В случае слов китайского происхождения и морфем, включающим в себя альтернативное произношение /ei/ и /ee/, согласно докладу предполагалась унифицированная запись последнего элемента подобной вариации слогом 4 (и), а не 8(э). Таким образом, к примеру, слово 28 «часы» может читаться как /tokei/, так и /tokee/, но канной будет записываться исключительно как 814, а не 818.

Другой не менее важной областью, в которой требовались регулировки, было использование второй слоговой азбуки – катаканы, основной функцией которой за все время существования её в структуре японского языка была запись заимствований. Как нам известно, в послевоенное время в японском языке отмечалось значительное увеличение количества заимствованной из других языков лексики, главным образом, из английского языка. В рамках научных традиций японского языкознании за этими словами закрепился общий термин «гайрайго» (досл. пришлые слова, пришлый язык). Активное пополнение этого значительного пласта лексики послужило мотивирующим фактором, приведшим к составлению в марте 1954 г. Советом доклада 65EE88 гайрайго-но хё:ки «Система обозначения заимствованных слов».

Вопросы, касающиеся употребления катаканы для записи некоторых слогов в словах, заимствованных из западных языков и фонетически и артикулляционно нехарактерных для японского языка (напр. /fa/, /ti/) были в общем и целом разрешены, но неустойчивость письменных форм сохраняется и по сей день ввиду сосуществования альтернативных фонологических форм (напр. 3345CFкомпю:та и 3345CFC компю:та: - «компьютер» или 04AA3 байорин и 414AA3 вайорин – «скрипка»). Рекомендации в докладе 1954 г. предписывают, что слоги /fa/ и /va/ в оригинальном языке должны быть в максимально возможной степени представлены в японском языке слогами F и 0 соответственно. Однако, с возрастающим числом японцев, изучающих западные языки и путешествующих заграницу, этот принцип вступил в противоречие с ситуацией, при которой бОльшее предпочтение отдается усвоению определенных заимствованных слов в форме как можно более близкой к оригиналу.

Другой областью, где сохранялась неустойчивость форм, была иностранная топонимия. Неустойчивость в этом случае сохранялась также из-за альтернативных фонологических форм (напр. 48D432 – [venetsia]»;48D12 – [venetšia]; 9D12 – [benetšia]) или альтернативных орфографических форм (напр. B3C82 / B3C22 – «Камбоджа»). С целью пресечения подобной неустойчивости министерством образования в 1959 г. был опубликован справочник «0DEC3988D9»0тимэй-но ёбиката то какиката «Произношение и запись географических названий». Руководство касательно записи иностранных имен было представлено в черновом варианте документа «6DE0D1ADE8D9» гайкоку-но тимэй, дзиммэй-но какиката «Запись иностранных географических названий и имен» от 1946 г. Документ этот, впрочем, не возымев большого успеха, так и не был обнародован, а руководства к записи имен собственных и топонимов куда более подробно и доступно были отражены в «Словаре иностранных имен», к составлению и изданию которого приложило руку небезызвестное токийское издательство «Иванами». Помимо записи иностранных заимствований, катакана также стала использоваться для записи ономатопоэтической лексики (F3F3 ванван – звукоподражание собачьему лаю и пр.), многих разговорных форм, названий растений и животных (FE кума – «медведь», F3DD тампопо – «одуванчик»), а также для выражения эмфазы и в японских телеграммах.


Информация о реферате «Понятие «Языковой политики» и его соотнесенность с Японским языком»
Раздел: Иностранный язык
Количество знаков с пробелами: 39402
Количество таблиц: 2
Количество изображений: 0

Похожие материалы

Скачать
384767
4
0

... материале показаны результаты контактов разных этносов, проживающих в Казахстане. Весьма важным является социолингвистический материал, касающийся взаимодействия русского и казахского этносов и контактирования их языков. Следует также подчеркнуть работу К.М.Абишевой, в которой подробно описаны языковые контакты названных этносов на протяжении многих веков. Если рассмотреть контакты русского и ...

Скачать
406141
3
0

... является ближайшее, а не дальнейшее значение слова. Таким образом, психологическое направление и особенно младо-грамматизм ответили на многие вопросы, стоявшие перед языкозна­нием в середине XIX в. Была уточнена методика сравнительно-истори­ческого языкознания, поставлены основные проблемы семасиологии и функционально-семантической грамматики, проанализировано взаимо­отношение языка и речи, ...

Скачать
161449
11
0

... уебниках; систему методов и приемов для обучения адекватному использованию стилистически маркированных лексических единиц. 8.Было бы интересно продолжить исследовать стилистический компонент и его лексикографическое отражение в словарях, стилистическое разнообразие внутри американского и британского вариантов английского языка, а так же реализовать нелоторые предложения в процессе обучения ...

Скачать
60549
1
0

... прежде всего как средство художественной выразительности, «украшение» речи когнитивная наука интерпретирует этот феномен как важнейшую когнитивную операцию над понятиями, способ структурирования понятийной системы. Как убедительно показывают Дж. Лакофф и М. Джонсон, метафора не является лишь языковым явлением (“…is not a matter of mere language”) (1980:145), напротив, они утверждают, что «наша ...

0 комментариев


Наверх