Войти на сайт

или
Регистрация

Навигация

Вклад А. М. Пешковского в развитие русской лингвистической школы

28283
знака
0
таблиц
0
изображений

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Федеральное государственное бюджетное образовательное учереждение высшего профессионального образования
«КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»
(ФГБОУ ВПО «КубГУ»)

Кафедра немецкой филологии

РЕФЕРАТ

ВКЛАД А. М. ПЕШКОВСКОГО В РАЗВИТИЕ РУССКОЙ ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ

Работу выполнила___________________________________ П.А. Джигиль
(подпись, дата)


Факультет романо-германской филологии, курс 1

Направление 45.03.01 Филология
Профиль Зарубежная филология


СОДЕРЖАНИЕ

Введение………………………………………………………………. ………….3

1. Русские лингвистические школы…………………………….........................4

1.1 История создания русских лингвистических школ и их основные научные принципы…………………………………………………………...................4

1.2 Вклад представителей казанской лингвистической школы в развитие языкознания…………………………………………………….......................5

1.3 Вклад представителей московской лингвистической школы в развитие языкознания………………………………………………………...................6

2. Вклад А. М. Пешковского в развитие русской лингвистической школы....8

2.1 Краткая биография……………………………………………………………8

2.2 Основные работы А. М. Пешкоского по лингвистике……………………..8

2.3 Критика трудов А. М. Пешковского………………………………………...11

2.4 Взаимоотношения двух аспектов анализа языковых фактов – морфологического и синтаксического……………………………………...16

Заключение………………………………………………………………………18

Список использованных источников…………………………………………..19


3.

ВВЕДЕНИЕ

Начиная с XIX века в языкознании начали складываться различные лингвистические школы, в рамках которых развивались те или иные традиции изучения языка. В России к этому времени сложились две крупнейшие лингвистические школы – Московская и Казанская.
Однако конец XIX – начало XX веков считается кризисным временем в развитии лингвистики. Данный этап отмечается критикой сравнительно-исторического метода в языкознании.

Александр Матвеевич Пешковский относится к числу лингвистов, чье филологическое мировоззрение сформировалось в данный период – во времена появления новых научных идей, образования лингвистических обществ. Все это не могло не отразиться в его работах. А. М. Пешковский разрабатывал учение о формах языка, его грамматических средствах, типах значений; исследовал природу и функции интонации, взаимодействие грамматических и неграмматических языковых средств и многое другое. Его вклад в развитие русской лингвистики неоспорим.

Изучение данной темы актуально и сейчас, так как лингвистика и филология развиваются дальше. А для того чтобы понять это, необходимо знать предпосылки и историю лингвистической науки. Исходя из этого, можно поставить следующие цели:

· Рассмотреть историю создания лингвистических школ и направления в деятельности представителей этих школ;

· Определить вклад представителей этих школ в развитие лингвистики;

· Ознакомиться с трудами А. М. Пешковского по лингвистике;

· Выяснить какой вклад внес А. М. Пешковский в развитие русской лингвистической школы

1. РУССКИЕ ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ

1.1. История создания русских лингвистических школ и их основные научные принципы

С конца XIX века в языкознании начали складываться различные школы, в рамках которых развивались традиции изучения языка: методологические взгляды на науку, решение принципиальных вопросов возникновения языков, их эволюция и так далее. В России конца XIX века сложились две большие лингвистические школы — Московская и Казанская. Их основателями были два великих русских лингвиста - Филипп Фёдорович Фортунатов и Иван Александрович Бодуэн де Куртенэ. Каждый из этих ученых-лингвистов придерживался определенных взглядов на язык и способы его изучения. Это во многом повлияло в дальнейшем и на исследования их учеников.

Например, И. А. Бодуэн де Куртенэ был создателем Казанской лингвистической школы. Ее представителями были Н. В. Крушевский, А. И. Александров и другие. Основными принципами Казанской лингвистической школы являются следующие: «строгое различение звука и буквы; разграничение фонетической и морфологической членимости слова; недопущение смешивания процессов, происходящих в языке на данном этапе его существования, и процессов, совершающихся на протяжении длительного времени; уделялось внимание к живому языку и его диалектам, а не к древним памятникам письменности; отстаивание полного равноправия всех языков как объектов научного исследования». [Ярцева, 2-е изд.,1990, С.209] Идеи Казанской лингвистической школы оказали большое влияние на Ф. де Соссюра, представителей Московской и Пражской лингвистических школ.

Ф. Ф. Фортунатов занимался вопросами звуковой эволюции языков, отношением языка и мышления, грамматической теории, теории синтаксиса и так далее. Ф. Ф. Фортунатов и его ученики всегда отличались строгостью научных исследований. Среди его учеников были А. А. Шахматов, М. М. Покровский и другие. Идеи основателей школы и их основные научные принципы сохранило следующее поколение лингвистов (Р. И. Аванесов, А. А. Реформатский). Это поколение отличали широта взглядов и интерес к новым методам исследования языка. В науке в то время появилось новое направление - фонология. Именно это направление стало одним из центральных. 30-е– 40-е года XX века на основе новых методов исследования языка и учения Бодуэна де Куртенэ о фонеме сложилась фонологическая теория. Новое направление получило название Московской фонологической школы, впоследствии она стала широко известна во всём мире.

1.2. Вклад представителей казанской лингвистической школы в развитие языкознания

Казанская лингвистическая школа обогатила мировую науку рядом новых исследовательских методов, в частности: экспериментальным фонетическим методом, методом относительной хронологии языковых явлений, статистическим методом, дав тем самым начало таким разделам, как, например, экспериментальная фонетика. Но главное методическое решение этой школы - это разработка соотношения исторического (диахронического) и описательного (синхронического) изучения языка, языковой статики и динамики.

В работах представителей Казанской школы описаны многие идеи структурной лингвистики, фонологии, морфонологии, типологии языков, артикуляционной и акустической фонетики. Они ясно представляли себе проблему системности языка.

Таким образом, понимание языка как системы, понимание причин изменений языка, обусловленность языковых изменений, элементы знаковой теории языка, теория фонем и морфологических изменений, типология языков составили тот круг проблем и задач общего языкознания, которые решали в своих работах представители Казанского лингвистической школы и которые оказали огромное влияние на формирование современных лингвистических течений, на Ф. де Соссюра, на представителей Московской фонологической школы и Пражской лингвистической школы.

1.3. Вклад представителей московской лингвистической школы в развитие языкознания

«Московская лингвистическая школа внесла существенный вклад в процесс осознания единства и целостности языкознания соответственно самой природе языка как целостного предмета науки, предопределив направление поиска более совершенных методов и приемов лингвистического анализа». [Ярцева, 2-е изд., 1990, С.317]

Учение Ф. Ф. Фортунатова о форме словосочетания и способах связи между его членами легло в основу синтаксиса, теоретические основы которого разрабатывались А. А. Шахматовы, А. М. Пешковским и другими на материале русского языка.

Ф. Ф. Фортунатов и А. А. Шахматов руководили подготовкой реформы русско­го правописания (1918). В 1889 Фортунатов сформулировал задачу и наметил пути сближения школьной и научной грамматики с целью совершенствования преподавания родного русского языка в школе, что было осуществлено его учениками и последователями его идей.

Ф. Ф. Фортунатов создал целостную систему лингвистического образования, введя в практику вузовского преподавания теоретические курсы общего и сравнительного языкознания. Его последователи создали ряд оригинальных пособий по введению в языкознание (А. А. Реформаторский и другие). Уточнение предмета языкознания и его отдельных разделов привело к разграничению фонетики и фонологии.


2.

2. ВКЛАД А. М. ПЕШКОВСКОГО В РАЗВИТИЕ РУССКОЙ ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ

2.1. Краткая биография

Александр Матвеевич Пешковский родился в 1878 году в городе Томске. В 1897 году окончил Феодосийскую гимназию, после чего поступил на естественное отделение физико-математического отделения московского университета. В 1899 году был исключен из университета за участие в студенческих беспорядках. Он продолжал занятие естественными науками в Берлинском университете.

В 1901 году снова поступил в Московский университет на историко-филологический факультет, но в 1902 году был исключен за участие в студенческих беспорядках и подвергнут шестимесячному тюремному заключению. После выхода из тюрьмы вновь был принят в тот же университет на тот же факультет, который и окончил в 1906 году. Вся его последующая деятельность была связана с преподавательской работой в средних школах и в вузах.

Смерть А. М. Пешковского была воспринята советской общественностью как неожиданная и тяжелая утрата. [Белов, 1958, С.5-6]

2.2. Основные работы А. М. Пешкоского по лингвистике

Александр Матвеевич Пешковский оставил после себя богатое и своеобразное лингвистическое и методическое наследство. Но к сожалению, оно еще не изучено достаточным образом. А. М. Пешковскому принадлежит более двадцати книг (научных, методических, педагогических) и более сорока статей по вопросам лингвистики и методике русского языка.

В 1914 году вышла первая научная работа А. М. Пешковского – «Русский синтаксис в научном освещении». Эта книга, как сказано в предисловии к ней, «возникла из педагогической деятельности автора». [Пешковский, 1956, С.7]

Следует отметить, что в первом издании «Русского синтаксиса в научном освещении» А. М. Пешковского нашли яркое отражение идеи Ф. Ф. Фортунатова. Это связано с тем, что русская грамматика в то время сильно упрощалась. Так, части речи различались только на основании вещественного значения слов, предложение рассматривалось как “мысль”, выраженная словами, члены предложения определялись на основании вопросов, на которые они отвечали. Кроме того, не различались живая, устная речь и письмо (звуки отождествлялись с буквами).

Книга «Русский синтаксис в научном освещении» с первых же страниц «вводила читателя в круг новых для него идей и понятий: грамматика трактовалась в ее подлинном существе – не как прикладная дисциплина, учившая, как правильно говорить и писать, а как наука о формах, то есть о строе языка». [Пешковский, 1956, С.5] Все это делает понятным, почему данная книга была встречена в научных кругах с большим интересом и сочувствием.

В 1920 году вышло второе издание «Русского синтаксиса в научном освещении», в которое автором были внесены частные изменения и дополнения.

Время между 1920 – 1928 годами было периодом наиболее плодотворной научной и методической деятельности А. М. Пешковского. В это время появился ряд журнальных статей, учебников, трактовавших понятие грамматической формы крайне упрощенно, сводивших ее к одной лишь внешней, звуковой стороне слова и словосочетания, полностью игнорируя при этом грамматическое значение формы. Обозначилась опасность нового кризиса в области грамматики. А. М. Пешковский начал борьбу с этим “направлением”. Он писал статьи, составлял школьные пособия по русскому языку. В течение трех лет им был создан и опубликован большой труд «Наш язык» в виде трех учебных книг для учеников и учителей. Это пособие слишком трудное по содержанию не могло быть использовано в повседневной работе и не получило применения в школе. Однако оно представляет большой методический интерес и заслуживает с этой стороны серьезного изучения.

Завершением этой деятельности ученого явилось третье издание «Русского синтаксиса в научном освещении» (1928 г.). в этом труде автор сделал плодотворные попытки дать материалистическое объяснение языковых фактов, стремился рассматривать грамматическую форму в неразрывной связи со значением (реальным и грамматическим). Эта книга оказала влияние на развитие советской грамматической мысли и явилась ценным кладом в советскую науку о русском языке. Это «труд, во многом отражающий современное ее состояние, полный глубоких и верных наблюдений над языком нашей эпохи, образец живой, пытливой, непрерывно ищущей, самоотверженно устремленной вперед научной мысли». [Шапиро, 1956, С.6]

Значительное место в истории грамматики русского языка занимает книга А. М. Пешковского «Школьная и научная грамматика» (1914 г.). Она, можно сказать, является приложением к основному труду автора – «Русскому синтаксису». В этой книге ученый поднял ряд новых проблем, например, грамматика и интонация, интонация и пунктуация.

В 1925 – 1930 годах сборники статей А. М. Пешковского по вопросам методики родного языка, лингвистики, стилистики и поэтики. Они и сегодня не потеряли своей значимости и являются ценным вкладом в науку о русском языке.

А. М. Пешковский много работал не только в области методики преподавания русского языка в школах, но и вел большую работу по составлению орфографического словаря для начальной и средней школы. Он предполагал согласовать правописание слов в этом словаре с большим орфографически-грамматическим справочником, подготовлявшемся под его же редакцией к изданию. Но редакция большого справочника не была доведена им до конца. После смерти А. М. Пешковского словарно-орфографическую работу завершил Д. Н. Ушаков, орфографический словарь которого появился в свет уже в 1934 году.

2.3. Критика трудов А. М. Пешковского

Для того чтобы найти наиболее подходящие критерии оценки научно педагогической деятельности А. М. Пешковского, необходимо привести отзывы о нем представителей современной науки о языке – лингвистов и методистов.

Ряд критиков (Л.В. Щерба, А.А. Шахматов, В.В. Виноградов) считает, что труды А. М. Пешковского вносят ценный вклад в науку о русском языке. Вместе с тем некоторые из этих критиков (В.В. Виноградов и другие) в то же время утверждают, что научный труд А.М. Пешковского – это неудачный синтез учений Потебни, Фортунатова, Шахматова и других лингвистов.

В 1950 году была опубликована статья академика В. В. Виноградова «Идеалистические основы синтетической системы проф. А. М. Пешковского, ее эклектизм и внутренние противоречия». В ней В. В. Виноградов подвергает критике ряд ошибочных положений Пешковского, очень мало говорит о положительных сторонах его деятельности и в результате приходит к следующему выводу: «Несмотря на множество конкретных тонких синтаксических наблюдений в области современного русского литературного языка, содержащихся в «Синтаксисе» А. М. Пешковского и в отдельных его статьях, несмотря на большой талант и глубокое языковое чутье этого ученого, лингвистические труды А. М. Пешковского не только не соответствуют, но и существенно противоречат методологическим установкам и требованиям советского языкознания».

Данная оценка наследства А. М. Пешковского является слишком суровой. Согласиться с ней – значит отвергнуть всю важность и значимость этого наследства.

Профессор Л. А. Булаховский в своей рецензии на книги Пешковского высоко оценивает труды Пешковского: «Книга г. Пешковского – выдающееся явление в русской литературе по синтаксису. И по богатству привлеченного к исследованию литературного материала, и по тонкости анализа, и по живости, часто увлекательности, изложения она имеет право на исключительное внимание» [Булаховский, 1915, С. 4-5].

Профессор Д. Н. Ушаков оценил труды Пешковского так: «Не боясь заслужить упрек в преувеличении, можно сказать, что перед нами – выдающееся явление в области учебной литературы по русской грамматике…Синтаксис Пешковского в общем чрезвычайно ценный опыт перестройки школьного синтаксиса на научных основах. Оздоровление дела преподавания грамматики в школе совершится некогда через подобные книги». [Ушаков, 1915, С. 6]

А. А. Шахматов в своей книге «Синтаксис русского языка» дает сжатые сведения о литературе предмета и при этом замечает: «Совершенно особое место среди исследований по русскому синтаксису принадлежит замечательной книге А. М. Пешковского «Русский синтаксис в научном освещении»… Автор назвал свой труд популярным очерком. Но я обращаю на него ваше внимание как на ценнейшее научное пособие; автор с удивительным талантом развил основные положения, добытые предшествовавшими исследователями, а прежде всего Потебней, но вместе с тем внес в науку много нового и самостоятельного». [Шахматов, 1941, С. 7-8]

Как видим, академик Шахматов также очень высоко ценил труд Пешковского.

Таким образом, в дореволюционной научной критике труды Пешковского получили большей частью положительное признание.

Дальнейший этап развития научной деятельности Пешковского связан кризисом школьной грамматики, когда он упорно пытался его преодолеть (условия советской школы).

М. Ф. Петерсон выразил свое отношение к «Русскому синтаксису» Пешковского, напечатав на нее рецензию в журнале «Печать и революция». В книге Пешковского он видит определенное отражение «стадии развития синтаксиса», которая «в науке еще не перейдена, не изжита». В этом смысле, по мнению Петерсона, «книга не утратила значения для науки».

Л. В. Щерба в статье «О частях речи» (1928), говоря о необходимости полного пересмотра вопроса, признается, что он не претендует на абсолютную оригинальность в разрешении поставленной проблемы и отдает должное своим предшественника – Овсянико-Куликовскому и Пешковскому: «Из новой литературы я более всего обязан книге Пешковского «Русский синтаксис в научном освещении», которая является сокровищницей тончайших наблюдений над русским языком».

С. И. Бернштейн, один из исследователей грамматической системы Пешковского, в своей вводной статье к шестому изданию «Синтаксиса» Пешковского (1938 г.) говорит о нем, как об «одном из талантливейших русских лингвистов последнего двадцатилетия». Труд А. М. Пешковского «Русский синтаксис в научном освещении», по мнению Бернштейна, является «одной из основных вех в разработке русского синтаксиса. В русской грамматической литературе он занимает видное место наряду с «Исторической грамматикой» Буслаева, «записками по русской грамматике» Потебни, «Сравнительным языковедением» Фортунатова, «Синтаксисом» Шахматова. Несмотря на ошибочность исходных положений, он и сейчас полон актуального интереса и долго еще будет служить необходимым пособием для преподавателей русского языка».

С. И Бернштейн, подводя итоги рассмотрения принципов грамматической системы Пешковского и эволюции его взглядов, говорит об эклектизме Пешковского, но отмечает неуклонное движение его к преодолению формализма.

Академик В. В. Виноградов в своем труде «Современный русский язык» уделяет Пешковскому специальную главу, в которой прослеживает эволюцию его грамматических взглядов, как «неудавшийся синтез учения Фортунатова, Потебни, Овсянико-Куликовского, де Соссюра и Шахматова». «Синтаксический «формализм» помешал Пешковскому достигнуть синтетического охвата явлений языка. На всем творчестве Пешковского лежит неизгладимая печать фортунатовской концепции. Фортунатовская система, даже в то время, когда Пешковский субъективно переживал свою свободу от ее формалистических стеснений и выступал автором «морфологизма», продолжала тяготеть над его лингвистической мыслью. Отсюда – эклектизм синтаксической системы Пешковского… Достигнуть синтеза многообразных лингвистических влияний Пешковскому не удалось». [Виноградов, 1938, С.85]

Этот отрицательных вывод об эволюции грамматических взглядов Пешковского не мешает В. В. Виноградову видеть в трудах Пешковского ряд серьезных достижений.

Нельзя не отметить, что позднее в своем труде «Русский язык» (1947) Виноградов при разрешении важных проблем грамматического изучения о слове обращается к Пешковскому как к одному из крупнейших авторитетов- лингвистов, упоминая его имя более чем на 80 страницах: «…это было отмечено Пешковским» [С.190]; «сравните замечания … А. М. Пешковского» [С.197]; «эту форму Пешковский иллюстрировал очень ярким примером» [С. 264]; «Пешковский справедливо подчеркивал» [С.323] и так далее.

Таким образом, отношение академика В. В. Виноградова к Пешковскому на протяжении определенного времени претерпело значительное изменение в сторону все более решительного подчеркивания положительных начал в трудах Пешковского.

С. И. Абакумов в своем труде «Современный русский литературный язык» пишет: «Таким образом, Пешковский в значительной мере преодолел Фортунатова. Следы влияния Фортунатова очень сильны только в определении понятия формы. Но это определение фактически в системе синтаксиса Пешковского не реализовано. Несомненно, что система Пешковского эклектична… Но едва ли есть достаточные основания утверждать, как это делает В. В. виноградов, что «на творчестве Пешковского лежит неизгладимая печать фортунатовской концепции». В 3-м издании «Русского синтаксиса» эта печать почти уже сгладилась, влияние Фортунатов было в основном преодолено».

В последующих своих статьях С. И. Абакумов указывает на значительную роль Пешковского в изучении современного русского языка, особенно его грамматики.

Как мы можем заметить, большинство критиков подчеркивает поступательные тенденции А. М. Пешковского в эволюции его взглядов.

Следует отметить, что прежние критерии оценки Пешковского во многом устарели и нуждаются в пересмотре. И поэтому нельзя сказать, что споры о Пешковском в лингвистической литературе разрешены.

Характерно, что большинство лингвистов выделяют значительность лингвистических исследований Пешковского, его неуклонную тенденцию к преодолению ограниченности предшествующих грамматических учений, его стремление к лингвистическим построениям на почве диалектического единства языка и мышления.

Таким образом, просматривая этапы развития творческого пути Пешковского и сопоставляя оценки критиков его наследства, мы приходим к выводам о том, что творчество Пешковского само по себе – это не просто синтез прошлых теорий, а нечто более крупное, имеющее свои оригинальные качества, самостоятельность и претендующее на весьма значительное место в мире лингвистической науки.

2.4. Взаимоотношения двух аспектов анализа языковых фактов – морфологического и синтаксического

Каждый из отделов грамматики имеет свой объект изучения. Морфология, например, исследует слово, его формы главным образом в статике, а синтаксис исследует типы словосочетаний и структуру предложения как грамматически и интонационно оформленную единицу мышления в процессе познания действительности и в акте общения, то есть в динамике.

Многие морфологические категории познаются только в синтаксисе – в связи слов друг с другом в составе предложения, а другие же категории являются чисто морфологическими.

Из двух отделов грамматики (морфологии и синтаксиса) Пешковский всегда выделял приоритет синтаксического начала. «На первый взгляд можно подумать, что в синтаксисе изучается то же самое, что и в морфологии, только в другом порядке; ведь всякое сочетание состоит из отдельных форм, так что то, что изучается в морфологии порознь, то самое как будто бы изучается в синтаксисе… Но дело в том, что форма сочетания слов зависит не только от той или иной комбинации отдельных слов, но и от слов, не имеющих формы, но входящих в те же сочетания; от порядка слов; от интонации и ритма». [Пешковский, 1914, С. 357]

Пешковский считал, что синтаксис и морфология находятся не в отношении равноправия, а под протекторатом синтаксиса. Но Пешковский не говорил, что морфология полностью растворяется в синтаксисе. Он отводил морфологии особое место и роль во взаимодействии двух отделов грамматики.

Пешковский, стремясь оградить школьную грамматику от опасности механического отрыва морфологического анализа от синтаксического подчеркивал необходимость комплексного анализа текста, при котором морфология и синтаксис выступали бы в единстве, но при том, что синтаксису уделялась бы главная роль.

Противоречивое решение вопроса о взаимоотношении понятий «части речи» и «члены предложения», а также понятия «сказуемости» предложения, говорит о том, что Пешковский пытался найти более совершенные концепции, но не успел хорошо их продумать и устранить некоторые противоречия.

Однако Пешковский правильно считал, что правильнее всего при характеристике слов сохранять для них двойную классификацию: слова – это части речи и вместе с тем слова – это члены предложения. Пешковский писал, что «части речи – это застывшие члены предложения…; наоборот, члены предложения – это пришедшие в движение части речи, части речи в самом процессе как части словосочетаний». [Пешковский, 1925, С. 79]

Таким образом, то, что Пешковский выдвигал синтаксис как ведущий раздел грамматики, не исключает морфологии, а ставит ее только лишь в подчиненное синтаксису положение. Все стороны языка тесно взаимосвязаны, и нельзя их отделять друг от друга или выстраивать в один ряд как равноправные, так как в каждом определенном случае преобладает то или иное начало (синтаксическое, морфологическое, лексическое).


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, изучив оценки критиков по отношению к работам Пешковского и проанализировав основные части его трудов, мы можем сделать следующие выводы:

1. Грамматическая система профессора А. М. Пешковского, как и его методическая система, не отличаясь стройностью и законченностью, является все же значительным вкладом в изучение закономерностей современного русского литературного языка.

2. Критическое отношение к наследству Пешковского, понимание характера его ошибок и использование наиболее ценных и прогрессивных положений ученого может принести непосредственную пользу не только в научно-исследовательской, но и в учебно-практической работе по русскому языку.

3. Грамматическая система Пешковского была теоретической базой его методических взглядов, и поэтому рассмотрение этих теоретических положений имеет не только научное, но и учебно-практическое значение, так как помогает учителю-словеснику и студенту-филологу извлечь из трудов ученого некоторые ценные приемы грамматики.

4. Пешковский правильно решал вопрос о предмете грамматики, его специфике в отличие от логики и психологии. Сущность грамматики заключается в том, что она рассматривает общие грамматические категории и формы слов, словосочетаний и предложений. Эти грамматические формы существуют с реальным значением слов и предложений, так как грамматика находится в тесной связи с логикой и психологией.

5. Пешковский внес ценный вклад в разработку проблемы целенаправленности преподавания грамматики в школе.

Список использованных источников

1. Абакумов С.И. Современный русский литературный язык. М., 1942, с. 177.

2. Белов А.И. А.М. Пешковский как лингвист и методист. М., 1958.

3. Бернштейн С.И. Основные понятия грамматики в освещении А.М. Пешковского // Вводная статья к 6-ому изданию «Русского синтаксиса» А.М. Пешковского, 1938, с. 39.

4. Булаховский Л.А. Рецензия на книги А.М. Пешковского «Русский синтаксис» и «Школьная и научная грамматика» // Журнал «Наука и школа». 1915, №1, с. 4-5.

5. Виноградов В.В. Современный русский язык, вып.1, 1938, с. 85.

6. Виноградов В.В. Русский синтаксис, 1947, с. 190, 197, 264, 323.

7. Виноградов В.В. Идеалистические основы синтетической системы проф. А.М. Пешковского, ее эклектизм и внутренние противоречия // Сборник статей «Вопросы синтаксиса современного русского языка». М., 1950, с. 74

8. Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990 [переиздание: Большой энциклопедический словарь: Языкознание. М., 1998]

9. Петерсон М.Н. Рецензия на книгу А.М. Пешковского «Русский синтаксис в научном освещении» // Журнал «Печать и революция», 1921, кн.3, с. 230.

10. Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1956.

11. Пешковский А.М. Сборник статей. М., 1925, с. 79.

12. Ушаков Д.Н. Рецензия на книгу А.М. Пешковского «Русский синтаксис в научном освещении» // Газета «Русские ведомости», 1915, №91, с. 6.

13. Шапиро А.Б. А.М Пешковский и его «Русский синтаксис в научном освещении» // Вводная статья к 7-ому изданию «Русского синтаксиса в научном освещении» А.М. Пешковского. М. 1956, с. 6.

14. Шахматов А.А. Синтаксис русского языка. М., 1941, с. 7-8.

15. Щерба Л.В. О частях речи // Сборник статей «Русская речь», изд. 2, «Академия», 1928.


Информация о реферате «Вклад А. М. Пешковского в развитие русской лингвистической школы»
Раздел: Литература и русский язык
Количество знаков с пробелами: 28283
Количество таблиц: 0
Количество изображений: 0

Похожие материалы

Скачать
38848
0
0

... " он знал лично. Мы уже писали о его дружбе с М. А. Волошиным. Другой представитель литературы Серебряного века - В. Я. Брюсов - также гармонично вошел в лингвистическую концепцию А. М. Пешковского своими стихами. Ему Александр Матвеевич подарил первое издание "Русского синтаксиса...", назвав себя в дарственной надписи "усердным читателем и почитателем" поэта4. На страницах сборника "Свиток", где ...

Скачать
383174
0
0

... Образ внешнего человека в функционально-семиотическом аспекте (на материале русского языка) // Вест. Омск. ун-та. 2001. Вып. 1. С.68-70 Коротун, 2002 Коротун О.В. Образ-концепт «внешний человек» в русской языковой картине мира: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Омск, 2002. Котрюрова, 1997 Котюрова М.П. Стилистический и прагматический подходы к тексту: некоторые основания их дифференциации // ...

Скачать
215235
1
0

... , понимает, на каком именно сходстве основана смысловая связь между переносным и прямым значением слова. 3. Примеры лингвистического анализа художественного текста см. в билете № 1. Билет № 5 1. Охарактеризуйте фонетическую систему русского языка: систему гласных и согласных звуков речи. На примерах покажите смыслоразличительную функцию звуков (фонем). 2» Докажите на примерах, что прямая ...

Скачать
22726
0
0

... выразительности переходил к художественному чтению, к драматизации. В начале XX в. усилилась научно-лингвистическая направленность в методике русского языка. В ее развитии принимали участие крупнейшие лингвисты - Ф.Ф.Фортунатов, выступивший в 1903 г. с речью "О преподавании грамматики русского языка в средней школе" А.А.Шахматов - один из организаторов съездов преподавателей русского языка в 1904 ...

0 комментариев

Наверх